Каталог статей

Главная » Статьи » Новомученики и исповедники Церкви Русской

Священномученик Иаков (Маскаев) и борьба вокруг Свято-Троицкого собора г. Балашова.

В докладе Святейшего Патриарха Кирилла, с которым он выступил 2 февраля 2015 г. на Архиерейском Совещании Русской Православной Церкви в Храме Христа Спасителя, говорится: «Предметом постоянной заботы Соборов последних лет является распространение почитания новомучеников и исповедников Церкви Русской. К сожалению, их подвиг пока еще недостаточно известен большинству наших соотечественников. Нам важно предпринимать все необходимые усилия для увековечения в людских умах и сердцах памяти об их жертве, которая воспламеняла бы в наших современниках любовь ко Христу»[1].

В истории Балашовского края навечно осталось имя священномученика Иакова (Маскаева). Однако местные жители, включая и верующих, практически ничего о нем не знают. Мало что известно и о роли духовных детей св. Иакова - прихожан Свято-Троицкого собора в ненасильственной борьбе с гонениями на Церковь.

Цель данной статьи - ознакомить читателей с малоизвестными фактами из биографии священномученика Иакова, привести новые документальные данные, раскрывающие его глубокую связь с историей Балашовского края, показать исключительную роль Свято-Троицкого собора в духовной жизни верующих балашовцев, выступивших вместе со св. Иаковым против гонений на Церковь в конце 20-нач. 30-х годов прошлого века.

Св. Иаков (в миру Яков Иванович Маскаев) был последним епископом Балашовским, викарием Саратовской епархии. Родился он 13 октября 1879 году в г. Уральске в крестьянcкой семье. В 1901 г. окончил Оренбургскую духовную семинарию и в сане иерея служил настоятелем храма в с. Зобово. В 1918 году, после смерти супруги, принял монашеский постриг с именем Иаков - в честь апостола Иакова.

В 1923 г. святой был рукоположен в сан епископа. Позднее хиротония Иакова была подтверждена патриархом Тихоном. 31 июля 1924 г. св. Иаков был назначен епископом Оренбургским. Владыка отказался от сотрудничества с ОГПУ и церковными «обновленцами», в результате в 1925 г. был арестован, а затем сослан на три года в Самару. По окончании ссылки, 2 января 1928 года, служил епископом Курганским, викарием Тобольской епархии, затем - епископом Осташковским, викарием Тверской епархии[2].

6 февраля 1929 г. св. Иаков был назначен епископом Балашовским, викарием Саратовской епархии. Назначение произвел Патриарший Синод. В Балашов св. Иаков приехал в марте 1929 г. и поселился на ул. Большая Уральская (ныне ул. Горохова) в д. 36. Приводим архивные документы, подтверждающие эти выводы.

Документ №1

Письмо митрополита Серафима (Александрова) в административный отдел Нижне-Волжского края от 28 марта 1929 года.

В Административный Отдел Нижне-Волжского края.-

В звании Саратовского митрополита -

гр-на Серафима Александрова. -

На место переведенного в Тулу епископа Флавиана Сорокина, Патриаршим Синодом викарием Саратовской епархии епископом Балашовским назначен викарий Тверской епархии епископ Осташковский гр-н Иаков Маскаев, анкетные сведения о коем в 3-х экземплярах при сем представляю в Краевой Адмотдел и прошу гр-на Маскаева внести в список служителей культа по Балашовскому округу, как моего викария. -

Саратовского митрополита гражданин Серафим Александров [3]

Марта 28 дня 1929 г.-

№ 1028[3]

Документ №2

Записка с изложением автобиографических сведений епископа Иакова (Маскаева) (1929 г.)

Фамилия, Имя и Отчество.

Маскаев Яков Иванович

Местожительство и адрес: г. Балашов, Нижне-Волжского края; Большая Уральская ул. д. №36.

Социальное положение: Служитель культа

Общественное и служебное положение: За время с 1914 г. С 1914 г. по 1923 г. Священство с. Зобово Оренбургского уезда; 1923 г. Епископ Орский, Викарий Оренбургской епарх.; 1923 г. Врем. Управляющий Оренбургской епарх.; 1928 г. Епископ Осташковский, Викарий Тверской епархии. 1928 г. Врем. Управляющий Тверской епархией; 1929 г. Епископ Балашовский, Викарий Саратовской епархии.

Принадлежность к тому или иному сословию до Революции: Служитель культа.

Имущественное положение: Не имею.

Время присоединения к данному религиозному культу: от рождения

Подписуюсь: Епископ Иаков Маскаев[4].

Анализ документа показал, что автобиографическая записка епископа Иакова (документ № 2) написана размашистым почерком "с закорючками". Можно предположить, что автор записки не имел под руками специального бланка и использовал чей-то уже заполненный бланк в качестве образца. Возможно, анкетные рубрики ему кто-то продиктовал. Слова "революция", "викарий", "епископ", "управляющий" написаны с заглавной буквы. Фраза об отсутствии имущества ("не имеет") говорит о том, что епископ Иаков вел весьма скромный образ жизни.

Документ №2 содержит важную для местной истории информацию о местожительстве епископа Иакова в г. Балашове - ул. Большая Уральская, 36. По сведениям старожилов теперь это улица Горохова, а нынешняя ул. Уральская раньше называлась Малой Уральской. Как удалось выяснить, на ул. Горохова действительно есть дом под номером 36. По внешнему виду - строение одноэтажное, средних размеров, явно дореволюционное (особенно это видно по сохранившимся оконным наличникам и фрагментам обшивки дома).

По сведениям, полученным в местном архиве, д. 36 по ул. Большой Уральской не был в советское время муниципализирован и в 1923 г. принадлежал балашовцу по фамилии Пухтин ("дом Пухтина"). Таким образом, св. Иаков, видимо, арендовал это помещение. Нынешние жильцы этого дома сообщили, что живут в этом доме почти пятьдесят лет и нумерация домов по их улице в этот отрезок времени не менялась.

Спустя некоторое время власти обвинили св. Иакова и его сторонников в проведении «среди населения агитации против мероприятий советского правительства и партии». Окружным отделением ОГПУ 12 февраля 1930 г. было арестовано пятнадцать человек - священнослужителей, монахинь и мирян, в т.ч. и св. Иаков. Всех их бросили в тюрьму г. Балашова[5].

Совсем неслучайно 21 февраля 1930 г. (то есть через неделю после ареста епископа Иакова) президиум Балашовского горсовета принимает решение о закрытии собора и направляет его текст на утверждение в президиум Балашовского окружного исполкома[6]. 2 марта 1930 г. президиум Балашовского окружного исполкома обратился уже в крайисполком с предложением о «ликвидации молитвенного здания – собора в г. Балашове» и о «передаче его Балашовскому горсовету для использования его на культурные цели»[7]. При этом местное руководство делало упор на якобы массовые «просьбы трудящихся» о закрытии собора, приводя совершенно фантастические данные о голосовании на общих собраниях жителей г. Балашова[8].

Почему нужна была такая спешка с закрытием собора? Дело в том, что именно Свято-Троицкий собор был центром ненасильственного, мирного сопротивления гонениям на Церковь, именно там действовала "дружная община верующих" во главе со св. Иаковом[9].

Многие горожане, вероятно, под влиянием пропаганды, фразу о «ликвидации молитвенного здания» поняли буквально, т.е. как разрушение самого здания собора. Вот что можно, например, узнать из записки, составленной в 1990 г. балашовским старожилом Неудахиным[10]: «Я родился в 1910 году в Балашове на ул. Малочечеренской. Дед и отец были рабочие каменьщики. Дед Павел Степанович Неудахин работал на строительстве Собора. Отец молодым парнем помогал. Я в 1928 г. вступил в Союз строительных рабочих. В 1930 г. в феврале было у нас общее собрание, стоял вопрос быть или не быть Собору. От союза ж.д. присутствовали Кирилл Безсонов, Григорий Щербачов и Шаронов Николай. Они выступали и настаивали об разрушении всех церквей и Собора. Якобы колектив Балашовского ж.д. узла уже принял решение о уничтожении всех церквей и Собора. После долгих споров колектив Союза Строительных рабочих вынес постановление. Собор не ломать. Сохранить его как архитектурный памятник строительных рабочих. Постановление поддержали Союз Пищевкус, Союз Медсантруд, Союз Металлистов и другие. Это явилось основной причиной сохранения Собора на 4-5 лет. После 17 съезда профсоюзы были реорганизованы создалась возможность для мракобесов уничтожить все памятники старые. Историки писали: После татарского ига русочи востанавливали Русь в течение 150-200 лет. А после нашего разрушения востановление паметников неосуществимо»[11].

Свято-Троицкий собор имел в жизни верующих балашовцев исключительное значение. Именно в этом историческом контексте, видимо, и надо анализировать трагические события в Балашове конца 20-нач. 30-х годов прошлого века. Иначе трудно понять ту бурю страстей, разыгравшуюся вокруг св. Иакова и его соратников по ненасильственной борьбе с гонениями на Церковь и последующие события вокруг Свято-Троицкого собора.

Что же из себя представлял собор, почему он был дорог жителям г. Балашова и почему он был так ненавидим новыми, безбожными властями? Обратимся к историческим источникам.

Как сообщалось в «Справочной книге Саратовской епархии», изданной в 1912 году, храм был построен в 1820 году, а «в 1879 году тщанием прихожан и попечением балашовского купца Василия Петровича Туркина на том же месте был построен новый пятипрестольный храм: главный престол во имя Святой Троицы, придельные: во имя св. Николая Чудотворца, во имя св. великомученицы Екатерины; в трапезной: во имя св. Архистратига Михаила и во имя св. Митрофания Воронежского Чудотворца». В храме служили протоиерей, два священника, диакон и три псаломщика, окормлявшие 2715 прихожан (муж. пола 1315 и женского – 1400). При храме действовала церковная школа. Капитал церкви составлял 200 руб. Клирики жили в церковных домах. К храму была приписана д. Ермениха[12].

Однако из документов видно, что первое здание храма было построено не в 1820, а в 1767 г. и освящено в 1768 г. Уже в то время церковь имела два престола: во имя Св. Троицы и Архистратига Михаила[13]. То есть Свято-Троицкий собор к 1930 году имел весьма долгую историю – 162 года.

В 1806[14], 1820, 1879 гг. здание церкви, вероятно, капитально перестраивалось (ветхость, возведение приделов, пожары и т.п.). Так, в 1879 г. старое здание храма было «сломано» «за маловместимостью и ветхостью». Однако продолжали действовать два престола в приделах – во имя Архистратига Михаила и св. Митрофания Воронежского Чудотворца, а также колокольня, перестроенная в 1870 году[15]. То есть церковь вновь стала двухпрестольной и продолжала функционировать во время строительства главного здания.

Обоснованность этого вывода подтверждается тем фактом, что в 1895 г. были освящены не пять, а только три престола – во имя Св. Троицы, во имя св. Николая Чудотворца, во имя св. великомученицы Екатерины – в заново построенном главном здании собора[16]. Таким образом, трапезная (где находились два придела) и колокольня собора не «разбиралась». О возведении трех новых престолов писал 20 ноября 1881 года в Балашовскую земскую управу соборный протоиерей Роман Львовоич Левитский[17].

Вероятно, строительство нового здания началось в 1879-1880 гг. По крайней мере, из письма о. Романа становится ясно, что в 1881 г. строительство церкви уже велось[18]. Однако из этого же документа видно, что на основании «Высочайше утвержденного плана» предполагалось «кроме главного престола - Святыя Троицы» - соорудить «приделы: во имя «Св. Благоверного Князя Александра Невского» и «Св. Тихона Епископа Воронежского и Задонского»[19]. Это говорит о том, что запланированные названия двух приделов не совпадают с теми, которые были возведены фактически (во имя св. Николая Чудотворца и св. великомученицы Екатерины). Предстоит выяснить причины внесения изменений в названия данных приделов.

На рисунке, размещенном в брошюре «Слово о построении Соборного Свято-Троицкого храма в г. Балашове соборного протоиерея, магистра Романа Левитского»[20], изображен трехкупольный собор. Но, возможно, еще два купола просто не удалось изобразить на данном рисунке, показывающий лишь фасадный профиль церкви.

Насколько собор имел большое духовное значение для Балашова, свидетельствует «Слово», составленное соборным протоиереем Р. Л. Левитским: «Если мы доселе откладывали построение… по разным неблагоприятным обстоятельствам: то, по крайней мере, теперь (при более удобном времени, когда, благодаря Бога, нет у нас ни войны, ни эпидемии, ни больших пожаров) займемся в мире этим святым делом неотложно»,- писал протоиерей. «Господь, освящающий любящих благолепие дома Его, не оставит и нас без своей благодатной помощи, когда увидит деятельное наше усердие к славе святого имени Его… И с помощью Божиею снова соорудится на прежнем месте своем благолепный храм во славу Триипостасного Бога. И воссияет на нем пречестный Крест Господень; и слава Господня приосенит его; и возрадуются души ваши великою радостью о Боге Спасе своем. И благословит Господь град сей миром и изобилием всех благ земных, потребных для жизни, за вашу ревность к славе святого имени Его. Не отрадно ли такое чаяние, не вожделенна ли такая надежда для всех нас? Будьте же, братие возлюбленные, внимательны ко всему Богоугодному и давно ожидаемому делу; добросовестно и дружно соедините свои силы и средства к неотложному и усердному построению святого храма своего. Сам Господь, богатый милостью и щедротами своими к любящим Его, и ревнующим о благолепии святого Дома Его, поможет вам в исполнении сего доброго и Богоугодного дела… Преблагий Господи Боже наш, во святой Троице славимый и поклоняемый! Милостиво призри на всех православных христиан, возобновляющих святой сей храм Твой! Подаждь нам благодатную помощь Твою, чтобы мы усердно начавши святое дело построения храма Твоего, успешно и совершили сие дело, к общему нашему утешению и во славу пресвятого имени Твоего. Аминь»[21].

Освящение Свято-Троицкого собора произошло 5-7 октября 1895 г. при участии не только «любимого всей Саратовской паствой» епископа Саратовского и Царицынского Николая (Налимова), но и «досточтимого всей православной Русью Протоиерея Кронштадтского собора о. Иоанна Ильича Сергиева»[22]. То есть участие святого праведного Иоанна Кронштадтского было существенной особенностью освящения балашовского Свято-Троицкого собора, придало этому событию особую значимость.

Вот как это было. 2 октября 1895 года в Балашов из Саратова отбыл епископ Николай, а из Москвы – св. праведный Иоанн Кронштадтский. Встретились они на станции Кузьминки, близ Тамбова, где их встретила делегация из Балашова в составе благочинного церквей г. Балашова (видимо, протоиерей Иоанн Алонзов[23]) и ктитора Свято-Троицкого собора, балашовского купца Василия Петровича Туркина.

Поезд прибыл в Балашов 3 октября в 10 часов вечера. Вокзал и железнодорожная платформа были заполнены встречающими, хотя приезд «насколько возможно держался в секрете». Дело в том, что еще до начала этого события в епархию от прихожан приходили письма с просьбой сообщить дату освящения нового здания Свято-Троицкого собора. Верующие Саратовской епархии и «за пределы ея» хотели принять участие в этом событии, встретиться с правящим архиереем, епископом Николаем и св. праведным Иоанном Кронштадтским[24].

Первым из вагона вышел Преосвященный Николай, которого с «великим трудом проводили до экипажа». Св. Иоанн Кронштадтский «оставался в вагоне, ожидая разъезда и ухода собравшейся народной толпы», затем сразу же отправился на квартиру к В.П. Туркину.

В этот вечер епископ Николай произнес в Свято-Троицком соборе перед собравшимися верующими краткую приветственную речь, благословил всех и отбыл в дом «местного протоиерея»[25].

4 октября, в 7 часов утра, св. Иоанн Кронштадтский служил «утреню и литургию в теплом приделе соборного храма в сослужении двух соборных священников».

Преосвященный владыка Николай в половине девятого утра этого же дня посетил Балашовское духовное училище, «присутствовал в двух старших классах на часовых уроках, слушал преподавание и сам милостиво спрашивал учеников», ответами которых, видимо, остался доволен - он подарил 25 рублей «на гостинцы»[26].

Затем епископ посетил квартиру смотрителя училища, «где с сочувствием и одобрением отозвался о новом проекте окружного съезда духовенства о постройке совершенно нового отдельного здания со всеми нужными приспособлениями при училище»[27].

В этот же день, по распоряжению управления железной дороги (Тамбовско-Камышенская линия), были открыты дополнительно «три поезда в сутки исключительно для богомольцев», приезжающих в Балашов на освящение Свято-Троицкого собора и встречу со св. Иоанном Кронштадтским. О наплыве приезжих говорил тот факт, что площадь перед собором «буквально была покрыта съехавшимися богомольцами»[28]. По некоторым данным в Балашове собрались более 20 тыс. верующих[29].

В пять часов вечера этого же дня, по благословению Преосвященного Николая, начался благовест ко всенощной, «народ массой повалил в собор». Храм был переполнен верующими. С величайшим трудом, «при помощи полицейской охраны», духовенство во главе со св. Иоанном Кронштадтским встретило епископа и сопроводило его в храм. С благословения Преосвященного владыки всенощное богослужение служил кафедральный протоиерей А. Метаниев. Литию совершил сам епископ Николай в сослужении пяти протоиереев: о. Иоанна Сергиева, А. Метаниева, ключаря о. Ивановского, Иоанна Кедрова, Иоанна Алонзова и восьми священников – П. Смирнова, А. Боневольского, И. Дентовского, В. Полякова, М. Сошественского, М. Беляева, В. Кипарисова и С. Туркина[30].

Когда подошло время петь величание, владыка Николай еще раз вышел на середину храма и, раздав свечи священнослужителям, начал «соборне пение величания храму». Пение было торжественным, и «эхо уносилось под своды храма»[31].

Епископ Николай «помазывал освященным елеем» всех молящихся, а по окончании всенощной благословлял всех, в том числе и тех, кто был вне храма. На квартиру владыка смог прибыть только в половине двенадцатого ночи[32].

5 октября. Освящение главного престола во имя Св. Троицы. В пять часов утра началась ранняя литургия в теплом приделе храма, по окончании которой было совершено водоосвящение местным протоиереем в сослужении четырех священников. В половине восьмого начался благовест к поздней литургии. К восьми часам в храм прибыл епископ Николай в сопровождении пяти протоиереев и пяти священников. К сожалению, толпа нарушала «порядок в шествии», несмотря на содействие полиции. По облачении епископа на кафедре, «священносослужащие» вышли на середину храма, «препоясанные» белыми фартуками, взяли стол с приготовленными к освящению престола вещами и внесли в алтарь царскими дверьми.

За ними последовал владыка Николай, и началось освящение главного престола во имя Святой Троицы. По окончании освящения епископ вместе со сослужащими вышел из алтаря через царские двери в придельный храм, где на престоле находились святые мощи[33].

Отсюда, при колокольном звоне, начался крестный ход. Епископ нес над головой святые мощи, а впереди шло духовенство со святыми иконами, евангелием и хоругвями во главе с одним из протоиереев с крестом, который кропил святой водой «внутренние и наружные стены храма».

По окончании крестного хода началась Божественная литургия. За литургией было совершено рукоположение иподиакона в диакона. В положенном месте «за причастным стихом» протоиереем была произнесена проповедь на текст: «освятих храм сей, его же создал еси»[34].

По окончании Литургии св. Иоанн Кронштадтский «боковым ходом из главного алтаря» вышел из собора и отправился на квартиру, сопровождаемый большой массой народа. Владыка же остался в храме и благословлял молящихся до «последнего человека», что продолжалось до 3 часов «пополудни»[35].

В 5 часов вечера начался благовест ко всенощной. В половине шестого Владыка был встречен всем духовенством во главе со св. Иоанном Кронштадтским. Всенощную служил местный священник. На литии и величании в положенное время выходил епископ Николай с четырьмя протоиереями и восемью священниками. По окончании всенощной, благословив всех богомольцев, сильно утомленный, епископ отбыл на отдых в половине одиннадцати ночи[36].

6 октября. Освящение правого придела во имя св. Николая Чудотворца. В пять часов утра была совершена ранняя Литургия, затем «обычное освящение». В половине восьмого начался благовест к поздней литургии. В восемь утра прибыл владыка Николай, встреченный четырьмя протоиереями и восемью священниками, в сослужении которых он и совершил освящение престола и Божественную литургию. Кроме того, епископ совершил рукоположение сельского учителя Архангельского во диакона (с. Пады). Затем владыка благословил всех присутствующих богомольцев[37]. В 5 часов вечера начался благовест ко всенощной. На литию и величание выходил протоиерей о. Метаниев в сослужении двух протоиереев и шести священников[38].

7 октября. Освящение левого престола во имя св. великомученицы Екатерины. Освящение данного придела владыка Николай поручил кафедральному протоиерею о. Метаниеву. Св. праведный Иоанн Кронштадтский в освящении данного придела не участвовал, так как еще 6 октября, в 5 часов вечера, «экстренно» и «секретно» «выбыл из Балашова на лошадях в имение графини Е.Л. Игнатьевой, находившееся в 13 верстах от Балашова[39].

Утром, 7 октября, по окончании ранней литургии водоосвящения, протоиерей Метаниев в сослужении с указанными выше клириками, освятил левый придел нового здания Свято-Троицкого собора «по чину священническому». Затем совершил крестный ход вокруг храма, держа на голове освященный антиминс. После этого была совершена Божественная литургия.

По прочтении Евангелия, в храм прибыл Преосвященный Николай и проследовал в алтарь, где находился до конца литургии[40].

По отпусте литургии епископ вышел на середину храма для служения молебна св. преподобномученице Екатерине в сослужении трех протоиереев и восьми священников. По окончании молебна Преосвященный Николай, благословив молящихся, вышел из храма. Затем сел в экипаж, объехал собор и внимательно его осмотрел[41].

7 октября, в пять часов вечера, владыка Николай отбыл в Покровский женский монастырь, где служил всенощную в Покровской церкви. Утром, 8 октября, епископ в этом же храме совершил литургию в сослужении протоиереев Метаниева, Ивановского и двух священников. По окончании литургии и молебна, по отпусте произнес назидательное слово на дневное Евангелие – о воскрешении сына Наинской вдовы[42].

9 октября, в 7 часов утра, состоялась встреча епископа Николая с благочинным церквей г. Балашова и «градскими священниками», пришедшими проводить владыку. Помолившись в монастырской домовой церкви, он вышел в зал, благословил всех и «простился как отец с детьми». В 8 часов владыка отбыл на вокзал в сопровождении благочинного. На вокзале епископа провожали: игуменья Мария, смотритель духовного училища, соборный ктитор В.П. Туркин, городской голова, один член управы и два священника. В половине девятого поезд тронулся со станции. Владыка стоял на площадке вагона и осенял всех «бывших на платформе»[43]. В память освящения владыка Николай подарил Свято-Троицкому собору икону Спасителя «в сребропозлащенной ризе», которую завещал поместить в главном алтаре, а также пожертвовал 300 рублей «на богоугодное дело»[44].

Оценивая значение освящения Свято-Троицкого собора для истории края, очевидец писал, что «новосозданный трехпрестольный величественный храм многими годами и неусыпными трудами и заботами храмоздателя собираемый; по милости Всевышнего завершен и Его Божественной благодатью освящен». «Три дня в этом новоосвященном храме совершалась торжественная Архиерейская божественная служба, три дня у балашовцев был духовный светлый праздник, в котором принимали живое участие дорогие нам гости – любимейший наш архипастырь Преосвященнейший Николай и досточтимый всею православной Русью о. Иоанн Сергиев. Событие это весьма важное в истории Балашова и достойно быть занесено на страницах его летописи. Такого духовного торжества в Балашове никогда не было прежде, вероятно и не будет, и такого стечения богомольцев балашовцы никогда более не увидят»[45], - подчеркивал очевидец.

Свято-Троицкий собор был чрезвычайно красив, стал главной достопримечательностью Балашова. Красотой собора восхищались не только местные жители, но и гости города. Так, 6 июня 1908 года, в связи с похоронами Преосвященного Павла (Вильчинского), в Балашов приехал епископ Пензенский и Саранский Митрофан (Симашкевич). В 12 часов этого же дня он посетил Свято-Троицкий собор и "подробно" его "осмотрел", "удивился его грандиозности и великолепию, что и высказал ктитору-строителю собора В.П. Туркину"[46].

Пребывание св. Иоанна Кронштадского на территории Балашовского края не ограничилось его участием в освящении Свято-Троицкого собора. Произошло еще одно важное,, запомнившееся балашовцам, событие – поездка святого в имение графини Е.Л. Игнатьевой 6 октября 1895 г. Он не сразу дал согласие посетить графскую экономию. Как подчеркивает священник Николай Болтинский, современник св. Иоанна, автор очерка «Незабвенные три часа», инициатором поездки стала жена главноуправляющего графской экономии Толпыгина Эмилия Андреевна[47], которая сама «по святым молитвам о. Иоанна» неоднократно получала исцеление от недугов[48].

5 октября, в Балашове она пригласила св. Иоанна Кронштадтского совершить молебн в имении, но согласие он дал только 6 октября. За ним была послана коляска (ландо) «четверней». В с. Алмазов Яр и приходские деревни было разослано известие о приезде молитвенника. Многие местные жители видели св. Иоанна в Балашове на освящении Свято-Троицкого собора, но получить благословение от пастыря, из-за наплыва верующих, почти никому не пришлось.

Все они, кто пешком, кто на лошади, кто «целыми кучами в телегах», «и стар и млад», «и здоровый и больной», - устремились в графскую экономию, которая находилась в двух верстах от с. Алмазов Яр и в восьми - от самой дальней деревни местного прихода[49].

Громадный двор экономии был переполнен верующими, долго гадавшими - приедет или не приедет св. Иоанн Кронштадтский. («Не может быть, чтобы о. Иоанн оставил город, где его ждут и желают все знатные да богатые, которые и упросили его приехать в Балашов на освящение»). Однако приходской клирик, бывший на освящении главного и придельного престолов Свято-Троицкого собора, подтвердил, что великий молитвенник дал согласие приехать в имение.

Когда св. Иоанн Кронштадтский прибыл в экономию, встречавшие его прихожане встали на колени. Пастырь, еще находясь в коляске, сказал «металлическим» голосом: «Здравствуйте, друзья! Встаньте, встаньте». В ответ послышались плачь и рыдания «с каким-то гортанным клокотанием от душевной радости»[50].

Э.А. Толпыгина встретила св. Иоанна хлебом-солью. Он в свою очередь благословил хозяйку, всех встречающих и вошел в дом. Немного отдохнув, вошел в комнату, где его ждала «сельская знать», «главные служащие» экономии, приходское духовенство. Благословив присутствующих, св. Иоанн сказал хозяйке: «Я желал бы, чтобы на молебне молились все. Позовите народ в комнаты и помолимся Господеви едиными усты и единым сердцем».

Все собрались в двух больших комнатах, установилась «мертвая тишина». Св. праведный Иоанн Кронштадтский, облачившись в ярко-красную епитрахиль, обратился к присутствующим с кратким, но «сильным словом» о необходимости постоянной молитвы и частого покаяния. «Приглашаю всех - всех без разбора - и старого и малого, и богатого и бедного, знатного и незнатного, и благодушествующего и угнетенного, - всех призываю помолиться со мною Господу Богу. Какого бы звания, состояния и положения ни были бы мы, - все мы великие грешники пред Богом. Поэтому на молитве все мы равны, все мы одинаково в очах Божиих и Господь не взирает на разность пола, возраста, звания, состояния… Господь сказал: «Где соберутся двое-трое о имени Моем», - на молитве Ему, - «там и Я»… Вот мы и собрались на молитву, собрались во имя Господа, - должны глубоко верить, что среди нас невидимо, таинственно присутствует Сам Господь, по слову Своему… О чем и как будем молиться, беседовать с Господом?»[51]

Потом св. Иоанн говорил о первом человеке, каким его создал Господь, о грехе, испортившем человеческую природу, о покаянии и непрестанной молитве. «С верой в милосердие Божие - чистосердечно кайтесь; с надеждой и любовью к Нему - молитесь», - говорил пастырь. Во время речи святого многие плакали.

Затем, обратившись к иконам, св. Иоанн возвел очи «к горе», около пяти минут молчал. В это время царила «глубокая и мертвая тишина». Затем он прочитал три больших молитвы, после которых начался сам молебн с водосвятием.

В молитвах пастыря слышалось «то радостно-восторженное восхваление и прославление величия Божия, то рядом с этим слышались - тяжелое страдание и плачевный вопль о греховности человеческой природы; - то раздавались восторг и умиление, то чувствовался – тяжелый гнет сознания своей греховности; - потом то новое возбуждение и восторг, то опять слезный плач о своих грехах…».

Молящиеся, стоя на коленях, были «как бы наэлектризованы чтением молитв», «светлая, чистая, святая радость сияла в светлых слезных очах молящихся»[52].

По окончании молебна св. Иоанн всех допустил к кресту, окропил святой водой и благословил. Приходской священник поблагодарил св. Иоанна Кронштадтского и попросил помолиться «о всем причте и людех» Алмазовского прихода. Праведный Иоанн Кронштадтский сказал: «Радуюсь вашей радостью! Будем с верой молиться друг за друга!»

После этого в комнате остались лишь страждующие и больные. По одному их стали подводить к молитвеннику. Каждого он благословил, расспросил о болезни, иных «гладил по голове», другим прямо говорил, что они выздоровеют, иных утешал, и всем велел молиться.

Потом к св. Иоанну были подведены двое глухонемых (15-ти и 17-ти лет). Сначала он их благословил, затем долго смотрел им в глаза, слегка трепал волосы на голове, гладил по щекам. После этого заставил глухонемых произнести слова «Бог», «папа», «мама», а потом назвать свои имена[53].

Все присутствующие «с замиранием» наблюдали за тем, что произойдет дальше. «Глухо и не ясно» юноши назвали свои имена – «Тарас» и «Николай». Св. Иоанн, «улыбнувшись какою-то не земной улыбкой, и еще раз благословив», отпустил их «с миром».

Затем все присутствующие приняли участие в трапезе, предложенной хозяйкой. За столом великий молитвенник расспрашивал священника о приходе, прихожанах, экономических и религиозно-нравственных проблемах, о семейном положении клирика. Здесь же св. Иоанн разговорился с В.П. Туркиным и В.Н. Лежневым – «главными жертвователями, рачителями и руководителями» строительства Свято-Троицкого собора. Святой восхищался красотой и благолепием церкви и называл ее «храмом Соломоновым».

Св. Иоанн Кронштадтский поблагодарил исправника, двух приставов и «всю полицию» за то, что они «охраняли его от народа, который мог задавить его». Разговор также шел о массе прибывшего народа на освящение, «о давке и криках от тесноты и напора». В конце трапезы «оделил всех» яблоками, подарил присутствующим свои фотографии и по их просьбе подписал[54].

Около девяти вечера наступило время расставания. Св. Иоанн оделся, помолился перед образами, и сказал хватающим за душу голосом: «И так, прощайте, друзья». При этом все плакали и просили его святых молитв.

Когда пастырь вышел на крыльцо, то выяснилось, что простой народ, присутствовавший на молебне, не разошелся и ждал его появления, чтобы еще раз получить его благословение. Верующие со слезами кричали: «Помолись об нас многогрешных святой ты наш молитвенничек». Святой благословил всех и громко произнес: «Прощайте, прощайте, друзья!».

Народ еще долго не расходился, стоял «в каком-то оцепенении», пока не скрылись огоньки от фонарей коляски. Потом стали говорить: «Слава Богу! Сподобил и нас многогрешных Господь видеть и получить благословение, осенение святым крестом и окропление св. водой от отца Иоанна Кронштадтского»[55].

Провожали св. Иоанна на станцию Пинеровка, находившуюся в четырех-пяти верстах от имения, приходское духовенство «со своими семействами», Э.А. Толпыгина, служащие экономии «старшего ранга», а также Туркин, Лежнев, исправник и два пристава, приехавшие из Балашова. Последние, исключая Туркина, отправились вместе с Иоанном Кронштадтским по железной дороге.

Нужно отметить, что и на станции Пинеровка св. Иоанн общался со страждущими и больными, принимал записки с просьбой помолиться[56]. Так, завершился визит святого праведного Ионна Кронштадтского в Балашов и имение графини Е.Л. Игнатьевой в связи с освящением нового здания Свято-Троицкого собора.

Таким образом, строительство уникального здания балашовской соборной церкви, участие святого праведного Иоанна Кронштадтского в ее освящении, чудесным образом излечение им двух глухонемых юношей, во многом способствовало превращению Свято-Троицкого собора в святыню земли Балашовской.

Свято-Троицкий собор был очень дорог балашовцам еще и потому, что в нем служили преданные Православию, пользовавшиеся уважением паствы клирики. Из документов известны имена и биографические данные некоторых соборных протоиереев. Возможно, в Свято-Троицком соборе служил «балашовский протоиерей» Василий Термометров. Однако прямых указаний на это в имеющихся документах нет. Имя о. Василия упоминается в документе 1824 г.[57]

В 1886 г. саном протоиерея был награжден священник Василий Смирнов[58]. В документах 1901 г. упоминается протоиерей Свято-Троицкого собора Иоанн Алонзов[59], скончавшийся 29 ноября 1905 г.[60] В 1902 г. сана протоиерея был удостоен священник собора Петр Смирнов[61].

19 декабря 1906 г. при Свято-Троицкой соборной церкви место настоятеля было предоставлено бывшему ректору Пензенской духовной семинарии, магистру богословия, протоиерею Петру Поздневу с возложением на него обязанности благочинного городских церквей[62].

Протоиерей Петр родился в 1853 г. в с. Слободка Астраханской губернии, в семье псаломщика. Окончил Саратовскую духовную семинарию и в 1879 году - Казанскую духовную академию со степенью кандидата богословия. С 5 июля 1879 г. по 24 сентября 1882 г. состоял на службе по линии министерства народного просвещения, с 1879 года - зав. Самарским городским «туземным» училищем.

С 24 сентября 1882 г. преподавал латинский, греческий и татарский языки в Оренбургском духовном училище, а затем - логику и философию в Оренбургской духовной семинарии. В 1886 г. защитил диссертацию магистра богословия. С 21 октября 1887 г. по 1894 г. служил смотрителем Пензенского духовного училища, а с 5 сентября 1894 по 1907 гг. - ректором Пензенской духовной семинарии[63].

В июле 1903 г. от имени епископа Пензенского Тихона и от "учебных заведений и епархиального духовенства" он принял участие в торжествах по случаю 50-летия священнослужения Преосвященного Павла (Вильчинского), проходивших в Балашове[64].

С марта 1907 года, после недолгого пребывания в качестве настоятеля Свято-Троицкого собора в Балашове, о. Петр служит при церкви Вознесения Господня г. Саратова, а в 1910-1921 годы - настоятелем кафедрального Александро-Невского собора г. Саратова. Был председателем Саратовского отдела епархиального училищного совета, Саратовского православного миссионерского общества и совета Саратовского Иоанникиевского епархиального училища, цензором проповедей.

В 1921 г. овдовел и был пострижен в монашество под именем Николай, 11 июля 1921 г. стал вторым епископом Балашовским, викарием Саратовской епархии[65].

Резолюцией епископа Саратовского и Царицынского Гермогена (Долганева) от 17 апреля 1907 года (№ 608) настоятелем Свято-Троицкой соборной церкви назначается священник Димитрий Дьяконов (на епархиальной службе с 1882 г.[66]).

Отец Димитрий родился 30 декабря 1858 г. в селе Митякино Камышинского уезда, в семье священника. Окончил Саратовскую духовную семинарию, 20 июня 1882 г. был рукоположен во священника епископом Саратовским и Царицынским Павлом (Вильчинским).

За усердную службу не раз удостаивался как церковных (в том числе и сана протоиерея), так и государственных наград. Так, 19 апреля 1889 г. Преосвященный Павел награждает его набедренником. В 1897 г. о. Дмитрий получает Серебряную медаль на Александровской ленте в память почившего Государя Императора Александра III, а 3 февраля 1905 г. награждается орденом Св. Анны 3-й степени[67], в 1908 году - наперсным крестом[68].

Отец Димитрий издавал и редактировал «Балашовский пастырский листок», в котором размещались материалы «апологетического и вообще религиозно-нравственного содержания с приложением брошюр религиозно-нравственного содержания»[69].

Его жена, Юлия Петровна, 1865 г. рождения, окончила в 1881 г. Саратовское епархиальное женское училище. Все три их сына пошли по стопам отца: Василий и Александр учились в Саратовской духовной семинарии, а Михаил – в Камышинском духовном училище[70]. По каким-то причинам в 1917 г. о. Димитрий оставил должность благочинного церквей г. Балашова[71].

В ходе проведенного исследования были найдены сведения о других клириках, служивших в Свято-Троицком соборе. Так, в архивных документах 1825 г. упоминается соборный священник Николай Погонатов[72]. В 1865 г. скуфьей был награжден священник Иоанн Лавров[73]. Окончивший курс Саратовской духовной семинарии Николай Жимский 29 августа 1866 г. рукоположен во диакона к Балашовской Троицкой соборной церкви[74], а в 1867 г. определен в с. Телятниково Хвалынского уезда на священническое место[75].

В 1866 г. упоминается соборный диакон Иоанн Живописцев[76]. Диакон Вольского уезда с. Донгуза Петр Руссов резолюцией епископа Иоанникия (Руднева) 3 июня 1867 г. был перемещен в г. Балашов к Соборной церкви[77].

В 1868 г. сверхштатный причетник Саратовской Воскресенской кладбищенской церкви Петр Строков 3 декабря определен к собору на диаконское место[78]. В 1869 г. по прошению перемещен в Балашовский собор диакон Саратовской Спасо-Преображенской церкви Федор Николаев[79]. В этом же году награжден камилавкой священник собора Василий Смирнов[80].

27 июня 1871 г. соборный диакон Федор Николаев был рукоположен во священника церкви с. Безлесное Балашовского уезда[81]. Псаломщик Илларион Чумаевский определен во диакона к Троицкому собору[82]. Решением епархиального начальства от 8 марта1872 г. он назначается катехизатором на 1872 г. по г. Балашову[83].

Резолюцией Преосвященнейшего Иоанникия от 12 октября 1871 г. окончившему курс Саратовской духовной семинарии Семену Бенедиктову было предоставлено место псаломщика при Свято-Троицком соборе. Резолюцией епископа от 1 ноября 1871 г. дьячки собора Василий Благонравов и с. Свинухи Балашовского уезда Петр Танаисов по их прошению перемещены один на место другого[84].

21 декабря 1871 г. Ивану Покровскому по его прошению предоставлено причетническое место при Балашовском соборе[85]. Кроме того, в документах за этот год упоминается соборный диакон Александр Соколов[86], которому 23 октября 1879 г. резолюцией епископа Тихона (Покровского) было предоставлено место священника в с. Малая Грязнуха Балашовского уезда[87].

В 1874 г. награждены соборные священники: наперсным крестом, выданным от Св. Синода, Василий Смирнов, камилавкой - Иоанн Лавров[88].

В 1880 г. послушнику Саратовской Крестовой церкви Алексею Изнаирскому предоставлено место и. д. псаломщика при соборе[89]. Он упоминается в документах 1911 г. в должности соборного псаломщика-диакона[90].

Скуфьей был награжден священник Петр Смирнов[91], а позднее, в 1891 году, наперсным крестом от Св. Синода[92].

18 июля 1883 г. место псаломщика при соборе получил бывший учитель уездного училища Алексей Грекулов[93]. В 1889 г. учителю Балашовского духовного училища Андрею Беневольскому предоставлено священническое место при Свято-Троицом соборе[94]. В 1894 г. он удостоен благословения Св. Синода[95].

В 1896 г. учителю Балашовского духовного училища Николаю Троицкому предоставлено место священника при Свято-Троицком соборе[96], но вскоре, в 1897 году, он скончался[97].

Учителю Вольского духовного училища Евгению Добросердову[98] и священнику с. Бурлук Камышинского уезда Владимиру Рыбакову[99] были предоставлены места священников при Свято-Троицком соборе. В 1901 году о. Владимир награждается камилавкой[100], а в 1905 году - наперсным крестом[101].

В 1902 г. место псаломщика Свято-Троицкой соборной церкви получил сын диакона Александр Скафтымов[102]. Священнику села Куликов (Ивановка) Сердобского уезда Андрею Жимскому было предоставлено священническое место при соборе[103], в 1914 г. он перемещен в с. Ежовка Балашовского уезда[104]. 8 октября 1906 г. соборный священник Тихон Остроумов перешел на службу в Астраханскую епархию[105].

В 1908 г. разъездной противосектантский миссионер Херсонской епархии Георгий Носков принят на службу в Саратовскую епархию и определен таковым же миссионером по Балашовскому уезду, с «приписанием» его сверхштатным псаломщиком к Свято-Троицкой соборной церкви г. Балашова[106].

Диакон Троицкой церкви Стефан Мануйлов 8 июня 1909 г. получил место священника при этом же соборе[107], а псаломщик-диакон Вознесенской соборной церкви г. Камышина Петр Князевский становится соборным диаконом г. Балашова[108].

В 1912 г. в храме служили: настоятель, благочинный, председатель уездного отделения училищного совета, протоиерей Димитрий Петрович Дьяконов, 54 года; священник Владимир Петрович Рыбаков, 52 года, студент семинарии, законоучитель и помощник благочинного, на епархиальной службе с 1883 года, в Свято-Троицком соборе – с 1897 года, награжден в 1910 г. орденом св. Анны 3-й степени; священник Андрей Матвеевич Жимский, 39 лет, окончил курс духовной семинарии, на епархиальной службе с 1896 года, в Свято-Троицком соборе – с 1902 года, в 1901 г. награжден набедренником; диакон Петр Алексеевич Князевский, 40 лет, окончил курс духовной семинарии, на епархиальной службе с 1894 года, в соборе – с 1909 года; псаломщик Евгений Юльевич Мошков, 34 года, из 3-го класса духовного училища, на епархиальной службе с 1898 года, в соборе – с 1911 года; псаломщик Александр Алексеевич Скафтымов, 31 год, из 3-го класса духовного училища, на епархиальной службе и в Свято-Троицком соборе с 1902 года; псаломщик Димитрий Павлович Островидов, 50 лет, из 3-го класса духовного училища, на епархиальной службе и в Свято-Троицком соборе с 1902 г. (упоминается в документе от 27 сентября 1914 г.[109])

Кроме того, к собору были приписаны клирики: уездный наблюдатель церковно-приходских школ священник Мстислав Васильевич Мамонтов, 44 года, окончил курс духовной семинарии, на епархиальной службе с 1892 года, в соборе – с 1909 года; противосектанский миссионер священник Георгий Абрамович Носков, 42 года, окончил курс в церковно-приходской школе, на епархиальной службе с 1908 года, в соборе – с 1908 г.[110]

В 1915 г. священник Свято-Троицкого собора Николай Кряжимский определен на вторую священническую вакансию к Казанской церкви с. Вязовка Вольского уезда; священник той же соборной церкви Александр Орлов со второй вакансии перемещен на первую; священник церкви с. Марфино Аткарского уезда Иоанн Алеев - на вторую вакансию к соборной церкви г. Балашова[111]. В 1916 г. он становится полковым священником 149 пехотного запасного полка, расквартированного в Балашове[112].

В 1915 г. разъездной священник с. Беково Сердобского уезда Дмитрий Богданов был приписан к Балашовскому Троицкому собору[113]. В 1916 г. назначен на псаломщическую вакансию крестьянин с. Чернышево Керенского уезда Пензенской губернии Николай Ларин[114]. Полковой священник 146 пехотного запасного полка Федор Голубев назначается на священническую вакансию к Свято-Троицкому собору[115]. В 1917 г. соборный диакон-псаломщик Евгений Машков определен на священническую вакансию второй походной церкви Саратовской епархии[116].

Кроме того, нужно иметь в виду, что в ограде Свято-Троицкого собора были похоронены очень известные и уважаемые в Балашове люди. Из докладной записки настоятеля храма протоиерея Димитрия Дьяконова (1909 г.) выясняется, что «в ограде Св.-Троицкой соборной г. Балашова церкви погребены: 1) дворянин Иван Прокопьевич Коваленков с семьей в одной могиле, на которой поставлен памятник с надписью на южной стороне: «Со святыми упокой, Христе, душу раба Твоего идеже несть болезнь ни печаль, но жизнь бесконечна»; 2) Протоиерей Петр Захарович Смирнов, на его могиле поставлен памятник с надписью: «Господи, прими дух его с миром. Протоиерей Петр Захарович Смирнов родился 1 июля 1844 г., скончался 8 июля 1902 года. От благодарных граждан города Балашова»[117]. Видимо, это не полный список (заканчивается 1909 г.).

Все это и обусловило благоговейное отношение балашовцев к Свято-Троицкому собору. Неслучайно именно эта церковь и стала центром мирного сопротивления верующих балашовцев во главе со св. Иаковым (Маскаевым) гонениям на Церковь.

Из материалов допросов св. Иакова выясняется, что в одной из проповедей, примерно 25 мая 1929 года, святой говорил: «Для нас, верующих, настало невыносимо тяжелое время, власть всюду нас притесняет, не дает нам свободно мыслить; закрывая церкви, она оставляет нас, верующих, без куска хлеба, храм Божий это наша духовная пища, а советская власть нас лишает этого».

И, действительно, в ходе начавшейся коллективизации, власти стали закрывать православные храмы, что не могло не вызвать стихийного протеста. Так, в селах Андреевка (Аркадакский район), Мача (Тамалинский район), Репная Вершина (Балашовский район) верующие препятствовали закрытию церквей. Однако, властям не удалось доказать причастность св. Иакова к организации этих выступлений. Наоборот, он призывал верующих к христианскому смирению: «Претерпевайте, верующие, все обиды, наш Отец, Иисус Христос, терпел за нас, придет время и вы возрадуетесь».

13 марта 1930 г. следствие было закончено, и св. Иакову было предъявлено обвинение. Ознакомившись с ним, он написал: «В предъявленном обвинении виновным себя не признаю, ибо антисоветской деятельностью я не занимался». 9 июня 1930 г. Особое Совещание при Коллегии ОГПУ приговорило епископа Иакова к трем годам заключения в концлагере. Вместе с ним были приговорены еще четырнадцать человек: четверо - к трем годам концлагеря, шестеро - к трем годам ссылки, один - к тюремному заключению на четыре месяца, трое освобождены с ограничением выбора места жительства.

Среди этих троих была Раиса Львовна Покровская. Она родилась 5 сентября 1862 г. в с. Казачка Балашовского уезда в семье диакона Льва Покровского, работала помощницей учительницы в Балашовском Покровском женском монастыре. В 1919 г. монастырь был закрыт, но монахини добились разрешения открыть Балашовскую Покровскую трудовую артель, и Раиса, как и многие другие насельницы, продолжала жить на прежнем месте (но уже в артели) вместе со своей сестрой Варварой, бывшей монастырской учительницей[118].

В 1929 г. власти закрыли и артель, а вскоре Раису Львовну арестовали. На вопрос следователя, знает ли она епископа Иакова, она ответила: «Епископа Иакова Маскаева я знаю и неоднократно слыхала его проповеди в церквях, он пользуется большим авторитетом среди верующих и имеет на них влияние...» Раису Львовну обвинили в том, что она «распускала среди населения явно антисоветские слухи, имела связь с монашками окрестных сел, через коих и обрабатывала местное население в антисоветском духе». Виновной она себя не признала. Власти приговорили ее к высылке из Балашова. Раиса Львовна была отправлена под надзор властей в город Воронеж, где через три месяца, в сентябре 1930 года, скончалась[119].

Удалось выявить имена пострадавших в годы гонений, возможно, проходивших вместе со св. Иаковым по т.н. «делу церковников»: монахини Горковченкова Татьяна, Дозорова Александра, Дубровина Александра, Сорокина Августина[120]; миряне Батырев Андрей Алексеевич, Буковский Михаил Павлович, Михайлов Роман Васильевич, Назарова Екатерина Петровна, Остудин Алексей Васильевич[121]. По крайней мере, даты арестов в Балашове и приговоров примерно совпадают с датами ареста и приговора владыки Иакова.

Св. Иакова отправили в Соловецкий концлагерь, и в конце июня он прибыл в пересыльный лагерь в городе Кемь[122]. Так закончилось служение последнего Балашовского епископа, викария Саратовской епархии св. Иакова.

Однако, репрессии в отношении св. Иакова и его сторонников не привели к желаемому результату. Наоборот, влияние его личности на пасту было, видимо, настолько велико, что мирное сопротивление гонениям на Церковь продолжилось.

Уже 24 марта 1930 года, то есть когда шло следствие по «делу» епископа Иакова, прихожане Свято-Троицкого собора посылают заказным письмом[123] «Прошение» в Москву. Нельзя без волнения читать выцветшие от времени строчки этого небольшого (всего два листочка) письма, написанного от руки. Вот его текст: «Во Всероссийский Центральный Исполнительный Комитет. Комиссия церковных дел, г. Смидович. Исполнит. органа Коллектива верующих Соборного храма г. Балашова Нижне-Волжского края. Прошение.

В прошлом году в г. Балашове был закрыт Преображенский храм, а в феврале м-це с/г закрыты еще два храма: Михайло-Архангельский и Ильинский. В Балашове осталось всего два храма: Соборный и Кладбищенский. Но Кладбищенский храм имеет свое специальное назначение – отпевание и поминовение умерших, к тому же этот храм находится на окраине города и малопоместителен по своему размеру. Фактически в городе остается один Собор, который обслуживает нужды верующих всего города с 35-ти тысячным населением. Кроме того к собору приписана деревня Еремениха, прилегающая к городу и имеющая до 600 домов. Но и этот, единственно оставшийся в городе храм, повидимому, находится под ударом, в смысле его закрытия. Об этом пишут в местной газете, да и в самый храм несколько раз являлась уже комиссия для обследования храма и выявления пригодности его для других целей. Все это тревожит верующих города и внушает опасения за судьбу храма. Опасение, тревога у верующих усиливается от сознания того, что если собор будет взят, город останется совсем без храма, верующие будут поставлены в безвыходное положение в отношении удовлетворения своих религиозных нужд. Учитывая это обстоятельство исполорган (исполнительный орган – Л.К.) коллектива верующих Соборного храма решил обратиться к Высшей Центральной Власти и покорно просит ее предотвратить то громадное несчастье, которое может постигнуть верующее население города в том случае, если храм будет закрыт. Причем исполнит. орган доводит до сведения ВЦИКа, что здания трех отобранных у верующих церквей до настоящего времени ни на что не использованы и пустуют, а это говорит о том, что острой нужды в отобрании последнего Соборного храма для каких-либо других общественных нужд у города не имеется. Исполнит. орган Коллектива верующих обращается во В.Ц.И.К с просьбой о том, что если Балашовский Окрисполком вынесет постановление о Закрытии храма, постановления этого не утверждать, а оставить храм в ведении Коллектива верующих, тем более, что этот Коллектив после присоединения к нему Коллективов закрытых церквей, увеличился настолько, что Соборный храм едва вмещает в себе всех верующих. 1930 г. 24 марта. (Подписи) Председатель исполоргана, секретарь, казначей»[124]. Вероятно, это обращение возымело свое действие, собор не закрыли.

Но это не означало, что местные власти «сдались». Убедившись, что явные подтасовки и обман не приносят ожидаемых результатов, власти решили с помощью формальных придирок обвинить коллектив верующих Свято-Троицкого собора в неуплате налогов. Начались проверки, сбор соответствующей информации. 3 мая 1931 г. президиум Балашовского окружного исполкома советов рабочих, крестьянских и красноармейских депутатов (протокол №28) обсудил вопрос «О нарушении религиозным обществом г. Балашова договора на пользование молитвенным зданием – Балашовским собором». Главная претензия, предъявляемая коллективу верующих, заключалась в том, что оно якобы не уплатило «налог со строений и земельную ренту» в сумме 382 руб. 63 коп. Президиум обратился в крайисполком с предложением расторгнуть договор об использовании верующими здания собора и его передачи Балашовскому горсовету для «культурных нужд»[125]. Но доводы, приведенные президиумом, вероятно, не убедили крайисполком, и договор с верующими на использование здания собора не был расторгнут.

Не добившись и в этот раз расторжения договора с верующими, 10 июня 1931 г. президиум Балашовского горсовета своим постановлением запретил колокольный звон в Свято-Троицком соборе и кладбищенской церкви[126]. Это решение было лишь одним из звеньев в цепи организованных гонений на коллектив верующих собора. Горсовет мог провести эту акцию и раньше, так как уже 6 декабря 1929 г. секретариат ВЦИК своим постановлением «Об урегулировании колокольного звона в церквах» предоставлял «…право регулирования колокольного звона при отправлении культовых служб горсоветам и районным исполнительным комитетам…»[127].

То есть властными центрами была выработана казуистическая система правовых мер, позволявшая местным властям уничтожать Православную Церковь последовательно и методично. Одновременно эта система давала возможность в чисто пропагандистских целях делать реверансы в сторону миллионов верующих, успокаивая их разговорами о существовании «свободы совести в СССР».

В этом смысле образчиком политического лицемерия могут быть действия властей конца 1931 г. После июньского запрета колокольного звона, 29 декабря 1931 г. президиум Нижне-Волжского крайисполкома дал разрешение на снятие колоколов собора и их использование «на дело социалистического строительства», мотивируя это решение тем, что верующие якобы «добровольно» согласились на снятие колоколов[128].

Местные исследователи не обратили внимания на то, что уже 7 января 1932 г. организация «Металлом», подрядившаяся снять колокола, начинает сбор инструмента, необходимого для проведения этой операции[129]. 21 января 1932 г. Балашовский райисполком обращается с письмом в 3-ю объединенную школу пилотов и авиатехников с просьбой выдать на время электродрель базе «Металлом» для «снятия колоколов с собора».

Исследователи упустили из поля зрения тот факт, что в этот же день райисполком обращается в местную электростанцию с просьбой подать электроэнергию для работ по снятию колоколов Свято-Троицкого собора[130]. Констатация этих моментов важна для выяснения основных звеньев наступления на права верующих балашовцев в 1932 г.

По поводу снятия колоколов прихожане Свято-Троицкого собора снова направили в Москву жалобу. В Балашовский горсовет пришла телеграмма из ВЦИК такого содержания: «Балашов Нижне-Волжского Горсовету. 335 Москвы 73/23 26 16 17 Немедленно приостановите ликвидацию свято Троицкого собора Балашове тчк. Вышлите обстоятельный доклад основания ликвидации тчк. Исполнение телеграфируйте Секретарь комиссии Шальцов ВЦИК Воробьев»[131].

18 февраля 1932 г. президиум Балашовского городского совета рассмотрел эту телеграмму. Вот текст выписки из решения президиума горсовета по этому вопросу: «Слушали: Телеграмму ВЦИК о прекращении ликвидации Свято-Троицкого собора. Постановили: 1. Принимая во внимание, что колокола свято-Троицкого собора снимаются с санкции Краевого Исполнительного Комитета, поручить т. Востокову написать ВЦИКу информацию о состоянии ликвидации собора, в частности снятия колоколов. 2. Предложить Металлозаводу восстановить полом собора причиненный при снятии колоколов собора, обязать последних при дальнейшем снятии колоколов собора не причинять никаких поломов»[132].

Анализ этого документа показывает, что президиум горсовета планировал продолжить ранее задуманную ликвидацию Свято-Троицкого собора, одним из элементов которой и было снятие колоколов. Однако, отдавая дань «политкорректности», в своем письме во ВЦИК, датированном 15 марта 1932 года, горсовет все же признал, что «При снятии колоколов, из которых некоторые имеют значительный вес (до 800 пудов), случайно было нанесено небольшое повреждение крыши навеса над папертью церкви. Это повреждение поправляется организацией (Металлом), подрядившейся снять колокола…»[133].

8 апреля 1932 г. районный финансовый отдел информировал вышестоящий орган управления не только о снятии колоколов, но и о разборке «церковной ограды» и передаче данных материалов «на промстрой»[134].

Местные исследователи не обратили внимания еще на один важный сюжет из истории гонений на прихожан собора. В этом же, 1932 году, коллектив верующих вновь был обвинен в неуплате налогов. Из сохранившегося текста заявления, подписанного членом церковного совета Андреем Тимониным, можно узнать, что верующие балашовцы достаточно хорошо ориентировались в налоговом законодательстве и в своей борьбе за справедливость успешно использовали содержание циркуляра № 68 Минфина СССР от 19 февраля 1931 г. о налоговом обложении религиозных обществ. В циркуляре, в частности, предписывалось устранить волюнтаризм и «местное творчество»[135].

См. окончание статьи здесь.

©Кузеванов Леонид Иванович, кандидат исторических наук, доцент; текст, 2016

Библиографическое описание статьи

Кузеванов Л.И. Священномученик Иаков (Маскаев) и борьба вокруг Свято-Троицкого собора г. Балашова //Некоммерческий научный сайт "Балашовский следопыт". - 2016. – 30 мая. URL: http://bs-t.3dn.ru/publ/28-1-0-604

Изображение священномученика Иакова (Маскаева) размещено в интернете в свободном доступе.

Материал опубликован в рамках проекта «Новомученики и исповедники земли Балашовской», ставшего победителем в Международном открытом грантовом конкурсе «Православная инициатива 2015-2016».

Вся информация, размещенная на данном сайте, предназначена только для чтения с экрана монитора и не подлежит дальнейшему воспроизведению и/или распространению в какой-либо форме, иначе как со специального письменного разрешения ННС "Балашовский следопыт" и автора. Все права защищены.

См. окончание статьи здесь.

Категория: Новомученики и исповедники Церкви Русской | Дата добавления: 30.05.2016
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]