Каталог статей

Главная » Статьи » Свято-Троицкий собор

"Предотвратить то громадное несчастье..." Тайны сооружения и гибели Свято-Троицкого собора.

На Архиерейском Соборе Церкви Русской 2 февраля 2013 года отмечалась большая роль Православия в истории России, в совершенствовании человеческих отношений [1]. Прошло 1025 лет с момента крещения Руси, и все эти годы главной святыней для православных христиан является храм [2], который Праведный Иоанн Кронштадтский называл «духовной школой, врачебницей, просветительным местом»[3].

В 1914 г. в России насчитывалось около 80800 православных храмов и часовен, в Саратовской епархии – 897, в Балашовском уезде – около 120 [4].


В.П. Туркин
Cамой крупной жемчужиной в ожерелье местных православных храмов был Свято-Троицкий собор в г. Балашове. Как сообщалось в «Справочной книге Саратовской епархии», изданной в 1912 году, храм был построен в 1820 году, а «в 1879 году тщанием прихожан и попечением балашовского купца Василия Петровича Туркина на том же месте был построен новый пятипрестольный храм: главный престол во имя Святой Троицы, придельные: во имя св. Николая Чудотворца, во имя св. великомученицы Екатерины: в трапезной во имя св. Архистратига Михаила и во имя св. Митрофания Воронежского Чудотворца». В храме служили протоиерей, два священника, диакон и три псаломщика, которые окормляли 2715 прихожан [5].

Но, как отмечает Г.В. Еремин, опираясь на документы Российского государственного архива древних актов (РГДА), соборная балашовская Троицкая церковь упоминается уже в 1806 году "с приделом Архистратига Михаила"[6]. То есть получается, что одно из самых ранних зданий церкви было построено не в 1820 году, как указывается в "Справочной книге Саратовской епархии", а гораздо раньше. Кроме того, из этого же источника становится ясно, что данный храм в 1806 году был не одно-, а двухпрестольным. Это позволяет сделать предположение, что данный храм мог быть возведен ранее 1806 года, так как нередко приделы возводились позже главного здания храма.

Документами не подтверждается и другая дата. В 1879 году не было завершено строительство нового Свято-Троицкого храма. Об этом можно узнать из письма протоиерея Романа Левитского от 20 ноября 1881 года в Балашовскую земскую управу [7]. Он писал, что прежний храм обветшал и был разобран ("ветхого и уже разобранного Собора в Балашове"), хотя не сообщает даты этого события.

Из содержания этого исторического источника выясняется, что на основании «Высочайше утвержденного плана» предполагалось построить храм более вместительный: "кроме главного престола - Святыя Троицы" - соорудить "приделы: во имя «Св. Благоверного Князя Александра Невского» и «Св. Тихона Епископа Воронежского и Задонского»[8]. Данный документ позволяет сделать вывод о том, что запланированные названия приделов не совпадают с теми, которые указаны в епархиальном справочнике 1912 г.


Фото чертежа собора
Кроме того, на рисунке собора, размещенном в брошюре «Слово о построении Соборного Свято-Троицкого храма в г. Балашове соборного протоиерея, магистра Романа Левитского»[9] храм изображен трехкупольным (см. фото чертежа собора.) Но, возможно, еще два купола просто не удалось отобразить на данном рисунке.

Однако автор письма и брошюры не сообщает о том, в какой стадии находилось строительство собора в 1881 году (вырыт котлован, возведен фундамент или уже начали сооружать стены храма). Вероятно, для тогдашних жителей г. Балашова это было и так ясно - каждый день, проходя через городской центр, они видели в каком состоянии находится стройка.

Весь пафос «Слова» Р. Левитского был направлен к призыву «соединить силы и средства» для продолжения «приостановленного построения соборного храма нашего». «Если мы доселе откладывали построение… по разным неблагоприятным обстоятельствам: то, по крайней мере, теперь (при более удобном времени, когда, благодаря Бога, нет у нас ни войны, ни эпидемии, ни больших пожаров) займемся в мире этим святым делом неотложно»,- писал протоиерей. «Господь, освящающий любящих благолепие дома Его, не оставит и нас без своей благодатной помощи, когда увидит деятельное наше усердие к славе святого имени Его… И с помощью Божиею снова соорудится на прежнем месте своем благолепный храм во славу Триипостасного Бога. И воссияет на нем пречестный Крест Господень; и слава Господня приосенит его; и возрадуются души ваши великою радостью о Боге Спасе своем. И благословит Господь град сей миром и изобилием всех благ земных, потребных для жизни, за вашу ревность к славе святого имени Его. Не отрадно ли такое чаяние, не вожделенна ли такая надежда для всех нас? Будьте же, братие возлюбленные, внимательны ко всему Богоугодному и давно ожидаемому делу; добросовестно и дружно соедините свои силы и средства к неотложному и усердному построению святого храма своего. Сам Господь, богатый милостью и щедротами своими к любящим Его, и ревнующим о благолепии святого Дома Его, поможет вам в исполнении сего доброго и Богоугодного дела… Преблагий Господи Боже наш, во святой Троице славимый и поклоняемый! Милостиво призри на всех православных христиан, возобновляющих святой сей храм Твой! Подаждь нам благодатную помощь Твою, чтобы мы усердно начавши святое дело построения храма Твоего, успешно и совершили сие дело, к общему нашему утешению и во славу пресвятого имени Твоего. Аминь»[10].

Анализ текста брошюры показывает, что в 1881 году возведение новой Свято-Троицкой соборной церкви, видимо, было в какой-то промежуточной стадии - не было ни куполов, ни крестов.

В литературе указывается, что в 1886 году новый Свято-Троицкий собор был в основном построен, а в 1895 году – освящен [11]. Площадь и одну из центральных улиц стали называть Троицкой. Судя по сохранившимся старым открыткам и фотографиям (см. фотографию собора в начале статьи), храм был с высокой колокольней, просторным и очень красивым[12].

Таким образом, балашовцы отозвались на призыв Церкви и смогли собрать достаточно средств для построения величественного храма, ставшего центром духовной жизни города и уезда. Новый Свято-Троицкий собор представлял собой уникальное архитектурное сооружение, имевшее большую культурную ценность.


Преосвященный Павел (Вильчинский)
Документы донесли до нас фамилии священников, служивших в Свято-Троицком соборе в начале XX века. Так, резолюцией епископа Саратовского и Царицынского Гермогена (Долганева) от 17 апреля 1907 года (№608) настоятелем Свято-Троицкой соборной церкви был назначен Дмитрий Петрович Дьяконов. Вот скупые строки из клировой выписи за 1906 год. Родился 30 декабря 1858 года в селе Митякино Камышинского уезда в семье священника. Окончил Саратовскую духовную семинарию, 20 июня 1882 года был рукоположен во священники епископом Саратовским и Царицынским Павлом (Вильчинским). За усердную службу не раз удостаивался как церковных, так и государственных наград. Так, 19 апреля 1889 года Преосвященный Павел награждает его набедренником. В 1897 году о. Дмитрий получает Серебряную медаль на Александровской ленте в память в Бозе почившего Государя Императора Александра III, а 3 февраля 1905 года награждается орденом Св. Анны 3-й степени. Его жена, Юлия Петровна, 1865 года рождения, окончила в 1881 году Саратовское епархиальное женское училище. Все три их сына пошли по стопам отца: Василий и Александр учились в Саратовской духовной семинарии, а Михаил – в Камышинском духовном училище[13]. Священник Дмитрий Дьяконов принимал участие и в общественной жизни Балашова. Так, например, в феврале 1908 года Саратовская Духовная Консистория делегировала его на экстренное земское собрание в качестве депутата от духовенства[14].

Однако в октябре 1917 года в России к власти пришли большевики, начавшие сатанинские гонения на Православную Церковь. Преследования особенно усилились в конце 20-х-нач. 30-х годов, когда осуществлялась т.н. «сплошная коллективизация» крестьянских хозяйств, сопровождавшаяся массовыми репрессиями. Безбожная власть видела, что Церковь встала на защиту обездоленного крестьянства, насильно загоняемого в колхозы. Вот почему большевики, стремясь уничтожить ее влияние, взяли курс на повсеместное закрытие православных храмов.

Что же происходило в это время в Балашове? 6 февраля 1929 года известный деятель Православной Церкви епископ Иаков (Яков Иванович Маскаев) был назначен епископом Балашовским, викарием Саратовской епархии - седьмым по счету, начиная с 1918 г. Именно при нем Свято-Троицкий собор стал центром мирного, духовного сопротивления гонениям на Церковь.


Епископ Балашовский Иаков (Я.И. Маскаев)
В ответ власти, смешивая правду с ложью, обвинили епископа Иакова и его сторонников в проведении «среди населения агитации против мероприятий советского правительства и партии». Балашовским окружным отделением ОГПУ 12 февраля 1930 г. было арестовано пятнадцать человек - священнослужителей, монахинь и мирян, в т.ч. и епископ Иаков. Всех их бросили в тюрьму г. Балашова, а затем приговорили к разным срокам заключения или ссылки [15].

Совсем не случайно, 21 февраля 1930 года (то есть через неделю) президиум Балашовского горсовета принимает решение о закрытии Собора и направляет его текст на утверждение в президиум Балашовского окружного исполкома [16]. 2 марта 1930 г. президиум Балашовского окружного исполкома обратился уже в крайисполком с предложением о «ликвидации молитвенного здания – собора в г. Балашове» и о "передаче его Балашовскому горсовету для использования его на культурные цели"[17]. При этом местное руководство делало упор на якобы массовые «просьбы трудящихся» о закрытии собора, приводя совершенно фантастические данные о голосовании на общих собраниях жителей г. Балашова[18].

Многие горожане, вероятно, под влиянием пропаганды, фразу о «ликвидации молитвенного здания» поняли буквально, т.е. как разрушение самого здания собора. Вот что можно, например, узнать из записки, составленной в 1990 году балашовским старожилом Неудахиным [19]: «Я родился в 1910 году в Балашове на ул. Малочечеренской. Дед и отец были рабочие каменьщики. Дед Павел Степанович Неудахин работал на строительстве Собора. Отец молодым парнем помогал. Я в 1928 г. вступил в Союз строительных рабочих. В 1930 г. в феврале было у нас общее собрание, стоял вопрос быть или не быть Собору. От союза ж.д. присутствовали Кирилл Безсонов, Григорий Щербачов и Шаронов Николай. Они выступали и настаивали об разрушении всех церквей и Собора. Якобы колектив Балашовского ж.д. узла уже принял решение о уничтожении всех церквей и Собора. После долгих споров колектив Союза Строительных рабочих вынес постановление. Собор не ломать. Сохранить его как архитектурный памятник строительных рабочих. Постановление поддержали Союз Пищевкус, Союз Медсантруд, Союз Металлистов и другие. Это явилось основной причиной сохранения Собора на четыре-пять лет. После 17 съезда профсоюзы были реорганизованы создалась возможность для мракобесов уничтожить все памятники старые. Историки писали: После татарского ига русочи востанавливали Русь в течение 150-200 лет. А после нашего разрушения востановление паметников неосуществимо»[20].

В этих бесхитростных воспоминаниях четко прослеживается главная мысль – рабочие-строители выступили за сохранение Свято-Троицкого собора как памятника архитектуры, построенного балашовскими мастерами.

Однако такого рода здравомыслящие решения властями игнорировались. По всей стране в массовом порядке совершались подтасовки волеизъявления граждан по проблеме сохранения православных храмов, что не могло не вызвать решительного протеста.

В условиях резкого обострения социально-политической обстановки в стране, вызванного прежде всего жестокостями коллективизации, советское руководство решило перейти к тактическому отступлению. В постановлении ЦК ВКП (б) от 14 марта 1930 г. «О борьбе с искривлениями партлинии в колхозном движении» вся вина за совершенные преступления, в том числе и против Церкви, возлагалась на местные органы власти. Им и было предложено прекратить «практику изъятия церквей в административном порядке, фиктивно - прикрываемого… добровольным желанием населения» [21]. В этом документе были намечены меры, призванные эффективнее камуфлировать антирелигиозную политику советского государства.

Видимо, публикация этого документа вселила какую-то надежду в души верующих балашовцев. Ведь для них Свято-Троицкий собор был не просто чудом архитектуры, созданным местными мастерами, но, прежде всего, православной Святыней. 24 марта 1930 года они посылают заказным письмом [22] «Прошение» в Москву.

Нельзя без волнения читать выцветшие от времени строчки этого небольшого (всего два листочка) письма, написанного от руки. Из него мы узнаем горестную летопись гонений на Церковь: «Во Всероссийский Центральный Исполнительный Комитет. Комиссия церковных дел, г. Смидович. Исполнит. органа Коллектива верующих Соборного храма г. Балашова Нижне-Волжского края. Прошение.

В прошлом году в г. Балашове был закрыт Преображенский храм, а в феврале м-це с/г закрыты еще два храма: Михайло-Архангельский и Ильинский. В Балашове осталось всего два храма: Соборный и Кладбищенский. Но Кладбищенский храм имеет свое специальное назначение – отпевание и поминовение умерших, к тому же этот храм находится на окраине города и малопоместителен по своему размеру. Фактически в городе остается один Собор, который обслуживает нужды верующих всего города с 35-ти тысячным населением. Кроме того к собору приписана деревня Еремениха, прилегающая к городу и имеющая до 600 домов. Но и этот, единственно оставшийся в городе храм, повидимому, находится под ударом, в смысле его закрытия. Об этом пишут в местной газете, да и в самый храм несколько раз являлась уже комиссия для обследования храма и выявления пригодности его для других целей. Все это тревожит верующих города и внушает опасения за судьбу храма. Опасение, тревога у верующих усиливается от сознания того, что если собор будет взят, город останется совсем без храма, верующие будут поставлены в безвыходное положение в отношении удовлетворения своих религиозных нужд. Учитывая это обстоятельство исполорган (исполнительный орган – Л.К.) коллектива верующих Соборного храма решил обратиться к Высшей Центральной Власти и покорно просит ее предотвратить то громадное несчастье, которое может постигнуть верующее население города в том случае, если храм будет закрыт. Причем исполнит. орган доводит до сведения ВЦИКа, что здания трех отобранных у верующих церквей до настоящего времени ни на что не использованы и пустуют, а это говорит о том, что острой нужды в отобрании последнего Соборного храма для каких-либо других общественных нужд у города не имеется. Исполнит. орган Коллектива верующих обращается во В.Ц.И.К с просьбой о том, что если Балашовский Окрисполком вынесет постановление о Закрытии храма, постановления этого не утверждать, а оставить храм в ведении Коллектива верующих, тем более, что этот Коллектив после присоединения к нему Коллективов закрытых церквей, увеличился настолько, что Соборный храм едва вмещает в себе всех верующих. 1930 г. 24 марта. (Подписи - Л.К.) Председатель исполоргана, секретарь, казначей»[23].

Убедившись, что явные подтасовки и обман не приносят ожидаемых результатов, местные власти решили с помощью формальных придирок обвинить коллектив верующих Свято-Троицкого собора в неуплате налогов. Начались проверки, сбор соответствующей информации.

3 мая 1931 г. президиум Балашовского окружного исполкома советов рабочих, крестьянских и красноармейских депутатов (протокол №28) обсудил вопрос «О нарушении религиозным обществом г. Балашова договора на пользование молитвенным зданием – Балашовским собором». Главная претензия, предъявляемая коллективу верующих, заключалась в том, что оно якобы не уплатило «налог со строений и земельную ренту» за 1931 год в сумме 382 руб. 63 коп. Президиум обратился в крайисполком с предложением расторгнуть договор об использовании верующими здания Собора и его передачи Балашовскому горсовету для «культурных нужд»[24]. Но доводы, приведенные президиумом, по всей вероятности, не убедили крайисполком, и договор с верующими на использование здания собора не был расторгнут.

Не добившись и в этот раз расторжения договора с верующими, 10 июня 1931 года президиум Балашовского горсовета своим постановлением запретил колокольный звон в Свято-Троицком соборе и кладбищенской церкви [25]. Это решение было лишь одним из звеньев в цепи организованных гонений на коллектив верующих собора. Горсовет мог провести эту акцию и раньше, так как уже 6 декабря 1929 года секретариат ВЦИК своим постановлением «Об урегулировании колокольного звона в церквах» предоставлял «…право регулирования колокольного звона при отправлении культовых служб горсоветам и районным исполнительным комитетам…»[26]

В этой связи несостоятельными являются утверждения о том, что местные советы совершали «ошибки», а центральные власти их только «поправляли». На самом деле именно властными центрами была выработана казуистическая система правовых мер, позволявшая местным властям уничтожать Православную Церковь последовательно и методично. Одновременно эта система давала возможность, в чисто пропагандистских целях, делать реверансы в сторону миллионов верующих, успокаивая их разговорами о существовании «свободы совести в СССР».

В этом смысле образчиком политического лицемерия могут быть действия властей конца 1931 года. После июньского запрета колокольного звона, 29 декабря 1931 года президиум Нижне-Волжского крайисполкома дал разрешение уже на снятие колоколов Собора и их использование «на дело социалистического строительства» (то есть на переплавку), мотивируя это решение тем, что верующие якобы «добровольно» согласились на снятие колоколов [27].

7 января 1932 года организация «Металлом», подрядившаяся снять колокола, начинает сбор инструмента, необходимого для проведения этой операции [28]. 21 января 1932 года Балашовский райисполком обращается с письмом в 3-ю объединенную школу пилотов и авиатехников с просьбой выдать на время электродрель базе «Металлом» для «снятия колоколов с собора». В этот же день райисполком обращается в местную электростанцию с просьбой подать электроэнергию для работ по снятию колоколов Свято-Троицкого собора [29].

Верующие снова направили в Москву жалобу. В Балашовский горсовет пришла телеграмма из ВЦИКа такого содержания: «Балашов Нижне-Волжского Горсовету. 335 Москвы 73/23 26 16 17 Немедленно приостановите ликвидацию свято Троицкого собора Балашове тчк. Вышлите обстоятельный доклад основания ликвидации тчк. Исполнение телеграфируйте Секретарь комиссии Шальцов ВЦИК Воробьев»[30].

18 февраля 1932 года президиум Балашовского городского совета рассмотрел эту телеграмму. Вот текст выписки из решения президиума горсовета по этому вопросу: «Слушали: Телеграмму ВЦИК о прекращении ликвидации Свято-Троицкого собра. Постановили: 1.Принимая во внимание, что колокола свято-Троицкого собора снимаются с санкции Краевого Исполнительного Комитета, поручить т. Востокову написать ВЦИКу информацию о состоянии ликвидации собора, в частности снятия колоколов. 2. Предложить Металлозаводу восстановить полом собора причиненный при снятии колоколов собора, обязать последних при дальнейшем снятии колоколов собора не причинять никаких поломов»[31].

Анализ содержания этого документа показывает, что президиум горсовета планировал продолжить ранее задуманную ликвидацию Свято-Троицкого собора, одним из элементов которой и было снятие колоколов. Однако, отдавая дань «политкорректности», в своем письме во ВЦИК, датированном 15 марта 1932 года, горсовет все же признал, что "При снятии колоколов, из которых некоторые имеют значительный вес (до 800 пудов), случайно было нанесено небольшое повреждение крыши навеса над папертью церкви. Это повреждение поправляется организацией (Металлом), подрядившейся снять колокола…"[32].

Но уже 8 апреля 1932 года районный финансовый отдел информировал вышестоящий орган управления не только о снятии колоколов, но и о разборке «церковной ограды» и передаче данных материалов «на промстрой»[33].

В этом же году коллектив верующих вновь был обвинен в неуплате налогов. Из сохранившегося текста заявления, подписанного членом церковного совета Андреем Тимониным, можно узнать, что верующие балашовцы достаточно хорошо ориентировались в налоговом законодательстве и в своей борьбе за справедливость успешно использовали содержание циркуляра №68 Минфина СССР от 19 февраля 1931 г. о налоговом обложении религиозных обществ. В циркуляре, в частности, предписывалось устранить волюнтаризм и «местное творчество»[34]. Тимонин привел цифровые данные, которые показывают, что коллектив верующих не только платил налоги, но даже допустил некоторую переплату. В заявлении содержалась просьба возвратить коллективу верующих излишне взятые средства или «зачесть в счет других платежей»[35]. И в этот раз властям не удалось закрыть собор.

Недолгий период «постепеновщины», как известно, закончился после загадочного убийства 1 декабря 1934 года видного партийного функционера С.М. Кирова. В конце 1934-1935 гг. начался новый виток политических репрессий.

Именно в 1935 году, в обстановке всеобщего страха и подозрительности, и была окончательно решена судьба Свято-Троицкого собора. 16 июня 1935 года президиум Балашовского горсовета постановил: «Сообщить Президиуму Саратовского Крайисполкома, что в соответствие с его постановлением от 2 июня с/г, Балашовский горсовет объявил о расторжении договора с обществом верующих на здание собора и о том, что всякое другое общество верующих, желающее взять здание и имущество в пользование для культовых целей может в семидневный срок подать об этом заявление в Горсовет и заключить договор» в период с 8-го по 15-е июня «по вывешенному объявлению». Но желающих «не оказалось, о чем составлен соответствующий акт». Далее следовала ритуальная фраза о том, что «учитывая отсутствие желающих взять молитвенное здание, просить Крайисполком вынести постановление о ликвидации данного молитвенного здания и передаче его Балашовскому Горсовету для использования на культурные цели»[36]. Именно это постановление и стало роковым в судьбах коллектива верующих Свято-Троицкого собора.


Икона Святого
Cвященномученика Иакова
(Я.И. Маскаева)
Таким образом, в 1935 году репрессивное давление на коллективы верующих усилилось. Такое отношение к религии вполне соответствовало тем задачам, которые выдвигались большевиками в то время. Так, в декабре 1935 года на пленуме Саратовского краевого комитета ВКП (б) говорилось о том, что после ликвидации кулачества как класса (т.е. наиболее экономически крепких частных крестьянских хозяйств - Л.К.) теперь нужно «разоблачить, добить остатки классового врага»[37].

Вероятно, этим и объясняется активизация деятельности местных органов власти по ликвидации уже самого здания Свято-Троицкого собора. После нескольких лет лицемерных разговоров о необходимости передачи храма на «культурные цели», о том, что верующие якобы не могут содержать собор, 16 января 1936 года президиум Балашовского городского совета констатирует, что здание собора "по его техническому оформлению приспособить для культурных целей невозможно". Принимается давно вынашиваемое решение – «разобрать» здание собора. Был и определен срок – к 1 апреля 1936 года [38].

По воспоминаниям старожилов, Свято-Троицкий собор был взорван 1 апреля 1936 года, то есть, за две недели до Святой Пасхи. От православной святыни остались только горы камня и щебня, которые еще долго развозились по городу и использовались для ремонтных работ.

Кроме того, заметка некоего Н. Митюхина «Оживить антирелигиозную работу», появившаяся в местной партийной газете «Большевик» 21 марта 1936 года, то есть за несколько дней до взрыва Собора, наводит на вполне определенные размышления. Во-первых, мы узнаем, что бюро райкома ВКП (б), заседание которого прошло «не так давно», посчитало «антирелигиозную пропаганду в нашем (т.е. Балашовском – Л.К.) районе самым заброшенным участком работы», что «религия… до сих пор еще продолжает оставаться наиболее удобным прикрытием для антисоветской контрреволюционной работы недобитков классового врага». В этой связи было спешно создано «районное организационное бюро союза воинствующих безбожников». Именно это «райоргбюро» и должно было в «пятидневный срок» разработать план организации на предприятиях, в колхозах, учреждениях и учебных заведениях ячеек союза воинствующих безбожников с таким расчетом, чтобы в конце марта созвать районную конференцию союза. Именно с 1 апреля 1936 года в Балашове намечалось проведение «месячных курсов подготовки антирелигиозных работников"[39]. Видимо, эти мероприятия были пропагандистским прикрытием уничтожения здания Свято-Троицкого Собора.

В любом случае, сам факт разрушения Свято-Троицкого собора неоспорим. Исторические документы убедительно свидетельствуют: верующие балашовцы, даже в условиях массовых репрессий, вели длительную и изнурительную борьбу с властями сначала за сохранение православной Святыни, а затем и за ее восстановление. В 1937 году, т.е. спустя год со дня взрыва храма, в Балашове начинается сбор подписей за его возрождение. В связи с этим обращает на себя внимание некоторые формулировки расстрельных дел. Так, бывшая насельница Балашовского Покровского монастыря, уроженка с. Тростянка, Сушкова Татьяна Павловна была приговорена в конце 1937 года к смерти, в том числе и за то, что собирала подписи граждан за восстановление Свято-Троицкого собора [40]. Видимо, даже гипотетическая возможность восстановления этого храма так напугала власти, что они решили вот таким варварским способом в зачатке уничтожить обозначившееся движение за возрождение Святыни.

Таким образом, взрыв Собора в 1936 году был одной из варварских акций большевистской власти по уничтожению системы традиционных нравственных ценностей российского народа, веками формировавшихся под благотворным влиянием Правсолавия.

Ни многолетние преследования за Веру, ни даже само время не смогли стереть в душе народной светлый образ чудного Храма. Неслучайно в 1992 году на обложке первого номера «Балашовского исторического журнала» было размещено графическое изображение Свято-Троицкого собора, ставшее одним из символов возрождения Православия на Балашовской земле.

В 2003 году по инициативе казаков станицы Балашовская на месте разрушенного храма установлен Поклонный крест и камень-валун, на котором выгравирована надпись: «На этом месте находился Свято-Троицкий храм. Освящен в 1895 году. Разрушен в 1936 году». 14 октября 2003 г. к Поклонному кресту из храмов во имя Архистратига Михаила и во имя Преображения Господня состоялся Крестный ход [41]. И в праздничные, и в будние дни на святом месте можно видеть молящихся балашовцев.

ПРИМЕЧАНИЯ

[1]См. Доклад Патриарха Московского и всея Руси Кирилла на Архиерейском Соборе Русской Православной Церкви 2 февраля 2013 года //Официальный сайт Московского Патриархата, 2013, 2 февраля.
URL:http://www.patriarchia.ru/db/text/2770923.html

[2]См. Православный храм //Энциклопедия «Хронос».
URL: http://www.hrono.ru/religia/pravoslav/hramy.php

[3]См. История русской святости. – М., 1996. - С.394.
Все выделения полужирным шрифтом в данном тексте сделаны автором статьи. Тексты документов, приводимые в статье, не редактировались.

[4]См.: Васильева О.Ю. Сокрушение совести. Из истории церковно-государственных отношений в 1917 году //Интернет-журнал "Православие. RU", 2007, 7 ноября.
URL: http://www.pravoslavie.ru/jurnal/973.htm.
Доктор исторических наук О.Ю. Васильева пишет, примерно, о 80800 храмах и часовнях;
Список храмов, упразднённых_советской властью.
URL: http://ru.wikipedia.org/wiki/Список_храмов,_упразднённых_советской_властью. В этом материале сообщается, что в России, в указанное выше время, насчитывалось 54174 православных храма и 25 593 часовни; Саратовская епархия [Электронный ресурс]. URL: http://drevo-info.ru/articles/9399.html; Энциклопедия Саратовского края (в очерках, фактах, лицах). Саратов: Приволжское кн. изд-во, 2002. С.658; Справочная книга Саратовской епархии. - Саратов, 2012.

В дореволюционном Балашове функционировали церкви: Михайло-Архангельская, Свято-Троицкая соборная, Ильинская, Успенская (кладбищенская), Преображенская, домовые при духовном училище, при богадельне Успенской кладбищенской церкви, а также три на территории монастыря: Покровская и две домовых (в настоятельском корпусе и при домике Преосвященного Павла) [См. Назарова С.К. Утраченные и возрожденные святыни г. Балашова и Балашовского уезда.- Балашов, 2008.- С.4, 8-25. Информация о некоторых домовых церквях содержится в епархиальном справочнике (См. Справочная кн. Саратовской епархии. - Саратов, 1912. - С.120-121)]. Причем, последняя домовая (монастырская) церковь была сохранена и после смерти Преосвященного Павла в 1908 году (См. Опись имущества Балашовского Покровского женского монастыря (1911 г.) //Филиал ОГУ «Саратовский государственный архив» в г. Балашове. – Ф.60. – Оп.1. – Д.1. – Л.94). Видимо, приведенный список не окончательный. С научной точки зрения было бы неправильно не включать домовые церкви в общее число храмов дореволюционного Балашова. Например, С.К. Назарова и Г.А. Самородова пишут только о шести церквях (См. Назарова С.К. Утраченные и возрожденные святыни г. Балашова и Балашовского уезда.- Балашов, 2008.- С. 4; Самородова Г.А. Город, знакомый до слез, или «Война» с провинциальными памятниками на Хопре? URL: http://rudocs.exdat.com/docs/index-364690.html).

В описи имущества монастыря (1911 г.) отсутствует указание на Покровскую церковь. Можно предположить, что эта церковь, построенная, как известно, в 1862 г. при богадельне, так и не была передана в собственность монастыря (образован в 1884 г.), хотя и оказалась на его территории и использовалась по прямому назначению. В краеведческих трудах иногда не учитывается тот факт, что монахиня Мария была первой и единственной настоятельницей Балашовского монастыря в сане игуменьи. Существовавшая же до 1884 г. Покровская женская община монастырем не была, и ее начальница монахиня Сарра (Мария Васильевна Ананьевская) не имела сана игуменьи.

[5]См. Справочная кн. Саратовской епархии. – Саратов: Типография Союза Печатного Двора, 1912. – С.119. Фотография В.П. Туркина публикуется впервые. Подлинник находится в фондах Балашовского краеведческого музея (БКМ № 6882). Копия данного неопубликованного экспоната выкуплена автором статьи у музея. По данным сотрудников музея фотография была сделана Э. Заборовским.

[6]См. Еремин Г.В. Город Балашов в ранние годы (К 200-летию воссоздания Саратовской губернии) //Российский исторический журнал (РИЖ). - 1997. - №3. - С.18. Данный автор опирается на архивные данные, извлеченные из РГДА (Ф.1355.- Оп.1. - Д.1272. Балашовский уезд. - Л.1). Вместе с тем, можно предположить, что данный храм мог существовать ранее 1806 года.

Краеведы С.К. Назарова, О. Трушкина, говоря о 1820 г., ошибочно называют данный храм однопрестольным (См. Назарова С.К. Утраченные и возрожденные святыни г. Балашова и Балашовского уезда. - Балашов, 2008.- С.14; Трушкина О. Нельзя уничтожить святое //Балашовская правда. - 2012. - 27 марта.

[7]См. Письмо протоиерея Романа Левитского в Балашовскую уездную управу от 20 ноября 1881 года //БФ ГАСО. - Ф.3.- Оп.5. - Д.8. – б/л.

[8]См. указанное выше письмо протоиерея Романа Левитского в Балашовскую земскую управу от 20 ноября 1881 года.

[9]См. Левитский Р. Слово о построении Соборного Свято-Троицкого храма в г. Балашове соборного протоиерея, магистра Романа Левитского. – М.: Типо-литография Д.Г. Гаврилова, 1880. – С.2.
Брошюра Р. Левитского находится в том же архивном деле, что и его письмо.

[10]См. Левитский Р. Слово о построении Соборного Свято-Троицкого храма в г. Балашове соборного протоиерея, магистра Романа Левитского. – М.: Типо-литография Д.Г. Гаврилова, 1880. – С.3-8.

[11]См. Самородова Г.А. Ни храма, ни дороги к нему? //Еженедельник «Город» (г. Балашов), 2000, 24 апреля [№16 (387)].- С.5.
C научной точки зрения сомнителен вывод автора статьи о том, что «Тогда задумали, не разрушая старый храм, к главному престолу Святой Троицы возвести дополнительно два алтаря». Во-первых, непонятно как можно было "к главному престолу" что-то "пристроить"? Во-вторых, в упоминавшемся выше письме протоиерея Романа Левитского сообщалось, что Троицкий храм, построенный в 1820 году (на самом деле раньше), обветшал и был разобран ("ветхого и уже разобранного Собора в Балашове"). Из письма Р. Левитского отнюдь не вытекает вывод о том, что новые два алтаря должны были быть "пристроены к престолу Святой Троицы", оставшемуся от старого храма. Автор письма подчеркивал только, что новое главное здание собора, возводившийся по "Высочайше утвержденному плану", "против прежнего, ветхого, уже разобранного Собора в Балашове", "кроме главного престола Святыя Троицы" будет иметь еще два престола. В "Саратовских епархиальных ведомостях за 1895 г. (№ 18. - С.83) указывается, что колокольня собора была перестроена в 1870 году, а здание Свято-Троицкой церкви в 1879 г. было "сломано" "за маловместительностью и ветхостью".
Кроме того, Г.А. Самородова не анализирует информацию о том, что названия престолов изменились во вновь построенном здании собора.
Сомнительно и другое утверждение Г.А. Самородовой (основанное на воспоминаниях старожила А.П. Рощепкина) о том, что в 1932 году Свято-Троицкий храм был использован в качестве зернового склада. Никакими документами этот вывод не подтверждается. Например, в списке незакрытых храмов г. Балашова, составленном 7 февраля 1932 года, числился и Свято-Троицкий собор (См. Материалы по вопросам религиозных культов (сведения, описи закрытых и действующих церквей, анкеты, переписка и др.) //БФ ГАСО. – Ф.236. – Оп.1. – Д.189. – Л.29 об.). Да и автор статьи - Г.А. Самородова - приводит документальные свидетельства, датированные 1934 годом, о продолжении служения в Свято-Троицком соборе диакона Скафтымова Александра Алексеевича. Сам же диакон Александр Скафтымов сообщал, что начал служить в этом соборе в 1902 году (См. стр. 6 указанного выше номера еженедельника "Город"). Все эти факты говорят о том, что собор в 1932 году под зерновой склад властями не передавался.

[12]См. Самородова Г.А. Репрессированный храм //Балашовский исторический журнал. – 1993. – С.18; Назарова С.К. Утраченные и возрожденные святыни г. Балашова и Балашовского уезда. - Балашов, 2008. – С.15,17. См. фотографию Свято-Троицкого собора в Интернете по адресу: http://oldsaratov.ru/tegi-gubernii/balashov

[13]См. Выпись из клировой ведомости за 1906 год о службе священника Димитрия Дьяконова //Послужной и посемейный список форм. разных лиц, находящихся в Балашовской женской гимназии (так в тексте - Л.К.) //БФ ГАСО. – Ф.25-ИА. – Оп.1. – Д.14. - б/л.

[14]См. Письмо Саратовской Духовной консистории от 21 февраля 1908 года (№3895) в Балашовскую земскую управу //Переписка о созыве земских собраний и списки лиц в них участвующих, постановления земских собраний и протоколы заседаний //БФ ГАСО. – Ф.3. – Оп.1. – Д.700. – Л.7-8.
Изображение Преосвященного Павла (Вильчинского) размещено в Интернете по адресу: http://pravoslavie58region.ru/index.php?loc=pavel-vilchinskiy.htm

До Димитрия Дьяконова, с 19 декабря 1906 по февраль 1907 года, настоятелем Свято-Троицкого собора (и благочинным церквей г. Балашова) служил священник Петр Позднев. С марта 1907 года он стал священником церкви Вознесения Господня в Саратове. В 1910-1921 годах - настоятель кафедрального Александро-Невского собора Саратова в сане протоиерея. Был председателем Саратовского отдела епархиального училищного совета, Саратовского православного миссионерского общества и совета Саратовского Ионникеевского епархиального училища, цензором проповедей. В 1921 году овдовел и был пострижен в монашество. В советское время, с 11 июля 1921 г. по 1922 г., служил епископом Балашовским, викарием Саратовской епархии, настоятелем Спасо-Преображенского мужского монастыря в г. Саратове (См. Никола (Позднев). URL: http://ru.wikipedia.org/wiki/Никола_(Позднев). То есть, будучи викарным епископом, он, видимо, жил в Саратове.

[15]См. Кузеванов Л.И. Священномученик Иаков (Яков Иванович Маскаев). Балашовский период жизни //ННС «Балашовский следопыт».
URL: http://bs-t.3dn.ru/publ/21-1-0-210 Здесь же размещена фотография епископа Иакова.

[16]См. Выписка из журнала заседаний президиума Балашовского городского совета от 21 февраля 1930 года //Материалы расторжения договоров с коллективами верующих, о закрытии церквей и использовании их под культурно-просветительные и общественные помещения (выписки из протоколов, переписка, списки и т.д.) //Филиал ОГУ «Саратовский государственный архив» в г. Балашове (БФ ГАСО). - Ф.151.- Оп.1. - Д.338. – Л.237. Обсуждаемый вопрос назывался так: «Материал о закрытии церковного собора». В постановляющей части документа говорилось о необходимости в трехдневный срок «проработать вопрос об использовании помещения»; Письмо председателя Балашовского горсовета Смирнова в президиум Балашовского окружного исполкома от 26 февраля 1930 г (№ 502) //Материалы расторжения договоров с коллективами верующих, о закрытии церквей и использовании их под культурно-просветительные и общественные помещения (выписки из протоколов, переписка, списки и т.д.) //Филиал ОГУ «Саратовский государственный архив» в г. Балашове (БФ ГАСО). - Ф.151.- Оп.1. - Д.338. – Л.234. Выписка заверена секретарем горсовета Ясаковым. В письме отмечается, что к решению президиума горсовета прилагались решения «общих собраний» на 753 «полулистах».

[17]См. Выписка из протокола №17 заседания Президиума Балашовского окрисполкома от 2 марта 1930 года //Материалы расторжения договоров с коллективами верующих, о закрытии церквей и использовании их под культурно-просветительные и общественные помещения (выписки из протоколов, переписка, списки и т.д.) //БФ ГАСО. - Ф.151.- Оп.1. - Д.338. – Л.234. Выписка заверена 5 марта 1930 г. управляющим делами Прониным.

[18]Например, в документах Балашовского окрисполкома говорится о 12841 жителе, якобы, заявившем о желании закрыть Свято-Троицкий собор. То есть, фактически были указаны все избиратели г. Балашова на начало 1930 г. (всего избирателей – 12942) [См. Материалы расторжения договоров с коллективами верующих, о закрытии церквей и использовании их под культурно-просветительные и общественные помещения (выписки из протоколов, переписка, списки и т.д.) //БФ ГАСО. - Ф.151.- Оп.1. - Д.338. – Л.236].

[19]Текст документа не редактировался. Имя и отчество старожила не известны.

[20]См. «Кто всетки взорвал Собор» (так в тексте). Такое название дал своей записке Неудахин. Запись сделана от руки на листке линованной бумаги (две страницы), хранится в Балашовском краеведческом музее (БКМ №1587). Копия документа выкуплена автором данной статьи у музея (квитанция №358055 от 20.02.2013 г.). Текст записи полностью и в первозданном виде публикуется впервые.
Не совсем точный пересказ этого документа содержится в статье Г.А. Самородовой «Репрессированный храм» (См. Балашовский исторический журнал, 1993, №2. – С.19-20). Так, автор пишет: «По словам Неудахина коллектив Союза строительных рабочих, после долгих споров, вынес свое постановление - собор не ломать, а сохранить его как архитектурный памятник». На самом же деле Неудахин сообщает несколько иное: «Собор не ломать. Сохранить его как архитектурный паметник строительных рабочих». То есть, автор записки речь ведет не об архитектурном памятнике вообще, а о памятнике, построенном местными строительными рабочими, в том числе, его дедом и отцом. Таким образом, рабочие выступали против разрушения храма, построенного строителями-балашовцами. Кроме того, Г.А. Самородова не точно называет фамилии некоторых рабочих: «Бессонов», а в записке – «Безсонов» (но ведь это разные фамилии). Г.А. Самородова пишет «Щербаков», но в записке эту фамилию можно прочитать и как «Щербачов». Анализ текста записки говорит о том, что Неудахин, как правило, букву «к» везде пишет примерно одинаково. В слове же «Щербачов» этой закономерности не наблюдается.
Вызывает возражение утверждение Г.А. Самородовой о том, что решения нескольких профсоюзов (указанных в записке Неудахина) имели большое значение - "Возможно, это и сохранило собор еще на несколько лет» (С. 20). Г.А. Самородова не учитывает того факта, что властям формально, путем подтасовок волеизъявления горожан, удалось набрать необходимое число голосов, позволявшее закрыть храм. То есть, решения нескольких профсоюзов (указанных в записке Неудахина) реашющего влияния на решение вопроса о закрытии собора в тот момент оказать не могли. В этот раз собор не был закрыт, скорее всего, из-за изменения политической ситуации в целом по стране.

[21]См. КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК. – М.: Политиздат, 1984. – Т.5. - С. 104.

[22]См. конверт заказного письма во ВЦИК. На нем, в частности, написано "комиссии по церковным делам, гр. Смидович от исполнительного органа Коллектива верующих Соборного храма г. Балашова" //Материалы по вопросам религиозных культов (сведения, описи закрытых и действующих церквей, анкеты, переписка и др.) //БФ ГАСО. – Ф.236. – Оп.1. – Д.189. – Л.390.

[23]См. Прошение коллектива верующих Соборного храма г. Балашова Нижне-Волжского края во ВЦИК СССР от 24 марта 1932 года //Материалы по вопросам религиозных культов (сведения, описи закрытых и действующих церквей, анкеты, переписка и др.) //БФ ГАСО. – Ф.236. – Оп.1. – Д.189. – Л.388-389 об. Подписи не разборчивы. Полностью документ публикуется впервые.

[24]См. Выписка из заседания президиума Балашовского окружного исполкома советов рабочих, крестьянских и красноармейских депутатов от 3 мая 1931 г. (прот. №28) //Материалы по вопросам религиозных культов (сведения, описи закрытых и действующих церквей, анкеты, переписка и др.) //БФ ГАСО. – Ф.236. – Оп.1. – Д.189. – Л.369. Выписка заверена управделами Прониным.

[25]См. Назарова С.К. Утраченные и возрожденные святыни г. Балашова и Балашовского уезда. - Балашов, 2008.- С.21. Ссылка на источник отсутствует.

[26]Цит. по: Кашеваров А. Н. Государство и Церковь : 1917–1945 гг.- СПб., 1995. – С.102

[27]См. Выписка из протокола заседания президиума Нижне-Волжского краевого исполнительного комитета Совета рабочих, крестьянских, красноармейских и казачьих депутатов Нижне-Волжского края от 29 декабря 1931 года //Материалы по вопросам религиозных культов (сведения, описи закрытых и действующих церквей, анкеты, переписка и др.) //БФ ГАСО. – Ф.236. – Оп.1. – Д.189. – Л.41,500. Выписки заверены Прониным и Полянским.
В книге С.К. Назаровой "Утраченные и возрожденные святыни г. Балашова и Балашовского уезда" (Балашов, 2008.- С.21) президиум крайисполкома ошибочно назван крайисполкомом.

[28]См. письмо предприятия «Металлом» в «Металлзавод» от 7 января 1932 года //Материалы по вопросам религиозных культов (сведения, описи закрытых и действующих церквей, анкеты, переписка и др.) //БФ ГАСО. – Ф.236. – Оп.1. – Д.189. –Л.14-15.

[29]См. Письма заместителя председателя Балашовского райисполкома Энгалечева от 20 января 1932 г. (исх. № 903) в 3-ю объединенную школу пилотов и авиатехников и электростанцию //Материалы по вопросам религиозных культов (сведения, описи закрытых и действующих церквей, анкеты, переписка и др.) //БФ ГАСО. – Ф.236. – Оп.1. – Д.189.- ЛЛ.18-19,21. Письма заверены секретарем Прониным.

[30]См. Телеграмма из ВЦИКа в адрес Балашовского горсовета //Материалы по вопросам религиозных культов (сведения, описи закрытых и действующих церквей, анкеты, переписка и др.) //БФ ГАСО. – Ф.236. – Оп.1. – Д.189. – Л.38. Полный текст телеграммы публикуется впервые. С.К. Назарова искажает текст телеграммы, считая, что там содержалось указание «о немедленном прекращении ликвидации Свято-Троицкого собора» (См. Назарова С.К. Указ. соч. – С.21). На самом деле там говорилось лишь о «приостановлении ликвидации» собора.

[31]См. Выписка из журнала № 12 заседания президиума Балашовского горсовета от 18 февраля 1932 года //Материалы по вопросам религиозных культов (сведения, описи закрытых и действующих церквей, анкеты, переписка и др.) //БФ ГАСО. – Ф.236. – Оп.1. – Д.189. –Л.37,39. С.К. Назарова неточно цитирует текст постановления.

[32]См. Письмо Балашовского горсовета во ВЦИК от 15 марта 1932 года //Материалы по вопросам религиозных культов (сведения, описи закрытых и действующих церквей, анкеты, переписка и др.) //БФ ГАСО. – Ф.236. – Оп.1. – Д.189. –Л.40.
С.К. Назарова сообщает в своей книге: «Самый большой колокол при снятии сорвался и проломил потолок» (См. Назарова С.К. Указ. соч. – С.21). При этом снова не сообщается источник данной информации. В упоминаемом выше письме Балашовского горсовета от 15 марта 1932 года говорится лишь о «небольшом повреждении крыши навеса над папертью церкви».

[33]См. Письмо балашовского районного финотдела (райфо) в крайфу (краевое финуправление, г. Саратов) от 8 апреля 1932 года за №903 (черновой вариант) //Материалы по вопросам религиозных культов (сведения, описи закрытых и действующих церквей, анкеты, переписка и др.) //БФ ГАСО. – Ф.236. – Оп.1. – Д.189. –Л.76.
С.К. Назарова с научной точки зрения неадекватно толкует содержание данного документа: «8 апреля 1932 г. все колокола с собора были сняты» (См. Назарова С.К. Указ. соч. – С.22). На самом деле этой датой помечен сам документ, а колокола могли быть сняты и раньше.

[34]См. Писенко К.А. Исторический обзор налогообложения церковных имуществ в истории России //Церковь и время.- 2003. - № 2.- С. 98-99. Кроме того, см.: Карманова Г.Н. Жизнь православных верующих по сводкам ОГПУ 1930 года //Вестник Челябинского государственного университета.- 2009. - № 28.- История.- Вып. 34. – С.148-153.

[35]См. Заявление чл. церковного совета при Свято-Троицком соборе г. Балашова Андрея Тимонина //Материалы по вопросам религиозных культов (сведения, описи закрытых и действующих церквей, анкеты, переписка и др.) //БФ ГАСО. – Ф.236. – Оп.1. – Д.189.- Л.78-78 об.
Заявление заверено круглой печатью, на которой можно различить слова: «Кол. Верующих Св. Троицкого Собора г. Балашов». В центре печати изображен православный крест.

[36]См. Постановление президиума Балашовского горсовета от 16 июня 1935 года //Протоколы заседаний и постановления президиума Балашовского городского совета //БФ ГАСО. – Ф.218. – Оп.6. – Д.10 (2…) (неразборчиво). – Л.122.

[37]См. Об итогах проверки партдокументов в Саратовской краевой организации ВКП (б). Постановление пленума Саратовского краевого комитета ВКП (б) от 19 декабря 1935 года //Большевик. – 1936.- 8 января.

[38]См. п. 22 Протокола №2 заседания президиума Балашовского горсовета от 16 января 1936 года //Протоколы заседаний и постановления президиума Балашовского городского совета //БФ ГАСО. – Ф.218. – Оп.6. – Д.10 (2…) (неразборчиво).- Л.4. Протокол подписали председатель горсовета Гаранин и секретарь Васин. Нужно отметить, что в 1936 году Пасха праздновалась 12 апреля (См. Пасха. URL: http://apteka2005.narod.ru/pasha.htm).

[39]См. Митюхин Н. Оживить антирелигиозную работу //Большевик. – 1936. – 21 марта.

[40]См. Саратовские подвижники /Яковлев А.А., Теплов В.В., Плякин М.Е. - Саратов, 2000. С. 178.

[41]См. Православие и Хоперское казачество (историко-краеведческие очерки) /Под ред. Л.И. Кузеванова. - Балашов, 2004. - С.140,151.

©Кузеванов Леонид Иванович, кандидат исторических наук, доцент; текст, фотографии архивных документов, поклонного креста на месте разрушенного Свято-Троицкого собора, обложки "Балашовского исторического журнала", 2012

Материал размещен с разрешения автора.

Изображение Свято-Троицкого собора размещено в Интернете по адресу:
http://oldsaratov.ru/tegi-gubernii/balashov

Библиографическое описание статьи.

Кузеванов Л.И. "Предотвратить то громадное несчастье..." Тайны сооружения и гибели Свято-Троицкого собора //Некоммерческий научный сайт "Балашовский следопыт". - 2012. – 14 декабря. URL: http://bs-t.3dn.ru/publ/21-1-0-241

Вся информация, размещенная на данном сайте, предназначена только для персонального пользования и не подлежит дальнейшему воспроизведению и/или распространению в какой-либо форме, иначе как со специального письменного разрешения ННС "Балашовский следопыт"и автора. Все права защищены.

Категория: Свято-Троицкий собор | Дата добавления: 03.05.2014
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]