Главная » 2021 » Март » 4 » Что хранили в своих сундуках, шкатулках, мешках и тайниках люди с необычной судьбой?
12:00
Что хранили в своих сундуках, шкатулках, мешках и тайниках люди с необычной судьбой?
"Прием яркого пятна" - один из способов повышения читательского интереса к художественному произведению или мемуарам. Описания тайников, содержания шкатулок, чемоданов, котомок, принадлежавших людям с неординарной судьбой, а также интерьеров жилищ, в которых они жили, всегда вызывает интерес у любителей необычного в жизни и литературе. Ниже мы приводим несколько таких описаний. Читатель может самостоятельно сравнить и выявить особенности использования разными авторами "приема яркого пятна" для характеристики героев своих произведений.

Что хранил в сундуке "морской волк" Билли Бонс?

"Сверху лежал новый, старательно вычищенный и отутюженный костюм, с виду ни разу еще не надеванный. Под ним обнаружились всевозможные вещи: квадрант, жестяная кружка, несколько пачек табаку, пара великолепных пистолетов, слиток серебра, старые испанские часы и несколько других вещиц, не представляющих ценности, два компаса в медных оправах и пять-шесть причудливых вест-индских раковин. Я часто думал потом: зачем капитан таскал с собой эти раковины в своих опасных разбойничьих скитаниях?

Ничего по-настоящему ценного, кроме серебра и нескольких побрякушек, мы не нашли. В самом низу обнаружился старый морской плащ, выцветший от времени и соленой воды. Моя мать поспешно отбросила его в сторону, и мы увидели то, что лежало на дне сундука: обернутый непромокаемой клеенкой бумажный свиток и увесистый холщовый мешок, в котором что-то позвякивало... монеты там были самые разнообразные – дублоны, луидоры, гинеи, пиастры, – и все они были беспорядочно перемешаны...

Вдруг "в тихом морозном воздухе за окном раздался звук, от которого у меня заледенела кровь. Это было постукиванье палки слепого по дороге. Мы затаили дыхание. Стук приближался. Потом послышался удар рукоятью палки в дверь таверны, кто-то подергал снаружи дверную ручку, пытаясь войти, а потом навалился на дверь, и засов затрещал. Затем все замерло. Снаружи стало так же тихо, как и внутри. Потом опять раздалось постукивание палки... Я не сомневался, что закрытая изнутри дверь показалась слепому подозрительной, и он удалился только затем, чтобы созвать остальную шайку. Какое счастье, что я догадался запереть дверь на засов! Моих чувств никогда не понять тому, кто не видел этого ужасного слепца"[1].

Что увидел Владимир Клавдиевич Арсеньев в котомке следопыта Дерсу Узала?

Дерсу Узала [1849-1908, настоящее имя - Дэрчу Оджаал (Дэрчу из рода Оджал)] - охотник, коренной житель Уссурийского края, участник экспедиций и большой друг ученого-путешественника В.К. Арсеньева, главный герой его документированных романов «По Уссурийскому краю» и «Дерсу Узала», живший под открытым небом в полной гармонии с природой. Дерсу был убит 13 марта 1908 года каторжником Козловым в районе перевала Хехцир, вблизи каменного карьера. В 2018 году исполнилось 110 лет со дня этого печального события.

Именем Дерсу Узала назван астероид (4142), открытый чешским астрономом Зденькой Вавровой в обсерватории Клеть 28 мая 1981 года. Над городом Арсеньев, на сопке Увальная, в 1970-е годы был открыт памятник Владимиру Клавдиевичу Арсеньеву и его другу Дерсу Узала.

В.К. Арсеньев с большой любовью описывал быт замечательного следопыта и охотника. Вот, например, что хранил Дерсу Узала в своей котомке: «По мере того как он вынимал свои вещи из котомки, я все больше и больше изумлялся. Чего тут только не было: порожний мешок из-под муки, две старенькие рубашки, свиток тонких ремней, пучок веревок, старые унты, гильзы от ружья, пороховница, свинец, коробочка с капсулами, полотнище палатки, козья шкура, кусок кирпичного чая вместе с листовым табаком, банка из-под консервов, шило, маленький топор, жестяная коробочка, спички, кремень, огниво, трут, смолье для растопок, береста, еще какая-то баночка, кружка, маленький котелок, туземный кривой ножик, жильные нитки, две иголки, пустая катушка, какая-то сухая трава, кабанья желчь, зубы и когти медведя, копытца кабарги и когти рыси, нанизанные на веревочку, две медные пуговицы…»[2]

Содержимое шкатулки Павла Ивановича Чичикова

"Чичиков вышел в гостиную, где провел ночь, с тем чтобы вынуть нужные бумаги из своей шкатулки... Автор уверен, что есть читатели такие любопытные, которые пожелают даже узнать план и внутреннее расположение шкатулки. Пожалуй, почему же не удовлетворить! Вот оно, внутреннее расположение: в самой средине мыльница, за мыльницею шесть-семь узеньких перегородок для бритв; потом квадратные закоулки для песочницы и чернильницы с выдолбленною между ними лодочкой для перьев, сургучей и всего, что подлиннее; потом всякие перегородки с крышечками и без крышечек для того, что покороче, наполненные билетами визитными, похоронными, театральными и другими, которые складывались на память. Весь верхний ящик со всеми перегородками вынимался, и под ним находилось пространство, занятое кипами бумаг в лист, потом следовал маленький потаенный ящик для денег, выдвигавшийся незаметно сбоку шкатулки. Он всегда так поспешно выдвигался и задвигался в ту же минуту хозяином, что наверно нельзя сказать, сколько было там денег..."[3].

Тайник семьи Терентьевых

"Особенность тайника, – продолжала Мария Гавриловна, – заключалась в том, что о нем знал только один человек в доме – глава семьи. Мы, женщины, этим не интересовались. Шифр, указывающий местонахождение тайника, старик заделал в кортик. Мой сын Владимир был последним представителем рода Терентьевых. Он получил кортик от моего мужа в декабре пятнадцатого года. Владимир специально приезжал в Пушкино. Тогда-то и произошла ссора его с женой Ксенией. Она требовала, чтобы он оставил ей кортик и показал тайник. Роковую роль в этом сыграл брат Ксении Валерий Никитский, видимо, он был уверен, что в тайнике хранятся ценности. Но если бы это было так, то Владимир, уезжая на войну, оставил бы кортик мне. В прошлом году приехал Валерий. Он уверил меня, что в тайнике хранятся компрометирующие Владимира документы. Он говорил, что Владимир умер у него на руках и перед смертью просил эти документы уничтожить. Для этой цели Валерий якобы остался в России и вынужден скрываться.

Машина въехала в Пушкино и вскоре остановилась возле дома Терентьевой. В столовой, куда все вошли, стоял длинный обеденный стол на круглых резных ножках. Один угол скатерти был откинут. На клеенке лежали три кучки гречневой крупы, ее, видимо, перебирали.

– Часов в доме много, – сказала Мария Гавриловна, – но какие из них, я не знаю.

– Вероятней всего те, о которых вы упоминали, – сказал Свиридов.

– Тогда пройдемте в кабинет.

В кабинете, в глубокой нише, стояли высокие часы в деревянном футляре. За стеклом желтел циферблат. В нем рядом с отверстием для завода часов виднелась едва приметная, узкая щель.

Свиридов открыл дверцу часов. Маятник криво качнулся и звякнул.

Свиридов перевел стрелки на двенадцать часов без одной минуты, вставил в щель змейку кортика и, осторожно поворачивая ее вправо, завел часы.

Минутная стрелка дрогнула, подвинулась – открылась дверца над циферблатом, оттуда выскочила кукушка. Она двенадцать раз прокуковала, потом часы захрипели, кукушка дернулась вперед, вслед за ней повернулась башня часов, открыв верхнюю часть футляра. Футляр был с двойными стенками. Хитроумие тайника заключалось в том, что снаружи башня часов и футляр казались сделанными из цельного куска дерева. Только после завода часов внутренняя пружина поднимала башню и открывала тайник, представлявший собой глубокий квадратный ящик, наполненный бумагами.

Здесь лежали свернутые трубкой и обвязанные ниткой чертежи с примятыми, обтрепанными краями, папки, туго набитые пожелтевшими от времени листами бумаги, тетради, большой блокнот в сафьяновом переплете.

Свиридов и моряк осторожно вынули документы, разложили на столе и начали их внимательно рассматривать, изредка перебрасываясь короткими фразами. Мальчики жались к столу, тоже пытаясь что-нибудь увидеть.

– Все разложено по морям. Вот даже Индийский океан, – говорил моряк. – Он прочитал на обложке одной папки: – «Английский корабль “Гросвенор”. Затонул в тысяча семьсот восемьдесят втором году у острова Цейлон. Груз: золото и драгоценные камни. Бриг “Бетси”…»

– Давайте-ка лучше свои моря поглядим, – перебил его Свиридов.

– Так. – Моряк перебрал папки и развязал одну. – Черное море. Вот оглавление: “Трапезунд”, корабль крымского хана Девлет-Гирея… “Черный принц” – затонул двадцать четвертого ноября тысяча восемьсот пятьдесят четвертого года в Балаклавской бухте, разбившись во время шторма о прибрежные скалы, груз – пять миллионов рублей золотом…» – Он перелистал бумаги, покачал головой. – Какие сведения! Точные координаты места гибели, показания очевидцев, огромный справочный материал…

– Крепко! – весело сказал Свиридов. – Для «Судоподъема» все это очень пригодится.

– Да, – подтвердил моряк, – материал неоценимый"[4].

Странная комната инженера Николая Тунгусова

"В комнате нет никого. Косая полоса света падает сбоку сквозь две рамы высоко поднятого над полом окна.

Обстановка странная. Комната большая, а свободного пространства почти нет. В углу - простая железная кровать, покрытая одеялом так, что край его безукоризненно параллелен полу. Рядом высокая, почти до потолка, этажерка, плотно забитая книгами. Дальше целых три стола: один - слесарный, с тисками и инструментами, оставленными в рабочем беспорядке; на другом - химия: пробирки, колбы, реактивы; третий занят коротковолновой установкой. Вся стена над этим столом покрыта "куэсель-карточками" почти из всех стран земного шара земного шара.

Все пространство под столами, подоконник, полки на стенах заняты непонятными электроаппаратами, аккумуляторами и всяким радиолюбительским хозяйством. Провода тянутся через комнату, ползут по стенам, выскальзывают наружу через маленькие дырочки в оконных рамах.

Есть таинственные науки - френология, графология, хиромантия, которые будто бы позволяют по форме головы, чертам лица, линиям ладони, почерку узнавать характер человека, его склонности, занятия. Но ничто так не разоблачает человека, как его жилище. Молчаливые предметы подробно рассказывают о своем хозяине, - надо только уметь их понимать. И знают они больше, чем иной раз знает о себе сам хозяин.

Но тут, пожалуй, и Шерлок Холмс встал бы втупик. Радиолюбитель-коротковолновик - это несомненно, поэтому понятен и слесарный стол. Но химия? А эти "зеленые насаждения" в микроскопических вазончиках на подоконнике и прорастающие семена на фильтровальной бумаге? А миниатюрные клеточки, одна на другой, с какими-то крупными насекомыми? Наконец, книги.

Книги могли запутать больше всего. Коллекция старинных философских трактатов, монографии о маркшейдерском искусстве... и чае, томы Энгельса, Дарвина, новейшие труды биологов и физиков, Гоголь, Шекспир, - кому могла принадлежать такая пестрая библиотека?" [5].

Что прятал Александр Иванович Корейко в чемодане, "состряпанном из дерева и оклеенном искусственной фиброй" и в "акушерском саквояже" ?

1. Содержимое чемодана.

"Очутившись на вокзальной площади, человек в сандалиях поставил чемодан на мостовую, заботливо оглядел его со всех сторон и даже потрогал рукою его белый портфельный замочек. Это был обыкновенный чемоданишко, состряпанный из дерева и оклеенный искусственной фиброй. В таких вот чемоданишках пассажиры помоложе содержат нитяные носки «Скетч», две перемены толстовок, один волосодержатель, трусики, брошюру «Задачи комсомола в деревне» и три крутых сдавленных яйца; кроме того, в углу обязательно находится комок грязного белья, завернутый в газету «Экономическая жизнь».

Пассажиры постарше хранят в таком чемодане полный пиджачный костюм и отдельно к нему брюки из клетчатой материи, известной под названием «Столетие Одессы», подтяжки на роликах, домашние туфли с язычками, флакон с тройным одеколоном и белое марсельское одеяло. Надо заметить, что и в этом случае в углу имеется кое-что завернутое в «Экономическую жизнь». Но это уже не грязное белье, а бледная вареная курица.

Удовлетворившись беглым осмотром, человек в сандалиях подхватил чемодан и влез в белый тропический вагон трамвая, доставивший его на другой конец города — к Восточному вокзалу. Здесь его действия были прямо противоположны тому, что он проделал только что на Приморском вокзале. Он сдал свой чемодан на хранение и получил квитанцию от величавого багажного смотрителя...

И, конечно, сослуживцы Александра Ивановича... были бы чрезвычайно удивлены, если б узнали, что Александр Иванович Корейко, смиреннейший из конторщиков, еще только час назад перетаскивал зачем-то с одного вокзала на другой чемодан, в котором лежали не брюки «Столетие Одессы», не бледная курица и не какие-нибудь «Задачи комсомола в деревне», а десять миллионов рублей в иностранной валюте и советских денежных знаках"

2. Содержимое акушерского саквояжа.

"Сперва он вынул красную нарукавную повязку, на которой золотом было вышито слово "Распорядитель". Потом на траву легла милицейская фуражка с гербом города Киева, четыре колоды карт с одинаковой рубашкой и пачка документов с круглыми сиреневыми печатями.

Весь экипаж "Антилопы-Гну" с уважением смотрел на саквояж. А оттуда появлялись все новые предметы. - Вы - голуби, - говорил Остап, - вы, конечно, никогда не поймете, что честный советский паломник-пилигрим вроде меня не может обойтись без докторского халата.

Кроме халата, в саквояже оказался и стетоскоп. - Я не хирург, - заметил Остап. - Я невропатолог, я психиатр. Я изучаю души своих пациентов. И мне почему-то всегда попадаются очень глупые души.

Затем на свет были извлечены: азбука для глухонемых, благотворительные открытки, эмалевые нагрудные знаки и афиша с портретом самого Бендера в шальварах и чалме..." На афише, в частности, было написано: "Номера по опыту Шерлока Холмса. Индийский факир. Курочка невидимка. Свечи с Атлантиды. Адская палатка. Пророк Самуил отвечает на вопросы публики. Материализация духов и раздача слонов. Входные билеты от 50 к. до 2 р." [6].

"Берите их, загребайте обеими руками, ешьте их. Ха, ха, ха! Пейте их. Ха, ха, ха!". Содержимое "соломоновой сокровищницы"

"В первую минуту мы только и могли рассмотреть при слабом свете нашей лампы, что это была небольшая комната, высеченная в цельном утесе; она занимала не больше десяти квадратных футов. Вслед за тем нам бросилась в глаза великолепная коллекция слоновьих бивней, сложенных огромной грудой, которая поднималась до самого потолка... Сэр Генри взял лампу и поднес ее к верхнему ящику, у которого крышка успела сгнить, несмотря на сухость воздуха. В одном месте эта крышка была вдавлена и проломлена… Я просунул руку в образовавшуюся таким образом дыру и вытащил целую горсть – не бриллиантов, но золотых монет такой странной формы, какой никто из нас никогда и не видывал; на них были надписи, похожие на еврейские.

... у стены стояли три каменных ящика величиной около двух футов каждый. Два из них были закрыты каменными крышками, а третья крышка была прислонена к ящику, который оставался открытым... Мы заглянули внутрь, но с минуту ничего не могли хорошенько рассмотреть – так ослепило нас какое-то серебристое сияние. Когда наши глаза немного привыкли к этому сверкающему блеску, мы увидели, что ящик был на целую треть полон негранеными бриллиантами, по большей части довольно крупными.

– Ха, ха, ха! – заливалась старая Гагула, которая носилась взад и вперед по темной комнате, точно злой вампир. – Вот вам и блестящие камни, которые вы так любите, белые люди! Много, много – сколько хотите! Берите их, загребайте обеими руками, ешьте их. Ха, ха, ха! Пейте их. Ха, ха, ха!

.... Но чего мы не видели, так это взглядов отчаянной ненависти, которыми наградила нас старая Гагула, выскользнувшая, точно змея, из комнаты сокровищ и устремившаяся по темному ходу к массивной каменной двери…

Чу!.. Громкие отчаянные крики раздаются под сводами темного коридора… То голос Фулаты!

– Богван! Сюда! Сюда! Помогите! Камень опускается!

– Помогите! Помогите! Она меня убивает!

Не помня себя, мы бежим по коридору, и вот что мы видим при свете нашей жалкой лампы: огромный камень медленно опускается и закрывает вход, он уже недалеко от земли. У входа борются Фулата с Гагулой. Отважная девушка обливается кровью, но все еще не выпускает старую колдунью, которая бьется у нее в руках, точно разъяренная дикая кошка. Проклятая! Она таки вырвалась! Фулата падает, а Гагула бросается на землю и ползет, как змея, стараясь пролезть под опускающейся скалой. Вот она подлезла под скалу – поздно! Камень давит ее, и она разражается отчаянными воплями. Все ниже и ниже опускается страшная каменная глыба и медленно расплющивает дряхлое тело, напирая на него всей своей страшной тяжестью. Из-под камня несутся дикие, нечеловеческие крики… в жизни мы таких не слышали! Потом раздается глухой, протяжный треск, и вход закрывается наглухо как раз в ту минуту, когда мы у двери. Перед нами сплошная каменная стена, о которую мы ударяемся с разбега… Тяжелая каменная масса опустилась, и, вероятно, навсегда, так как единственное существо, которому была известна тайна ее движения, лежало теперь под ней, превращенное в прах. Нечего было и думать открыть сюда доступ иначе как посредством большого количества динамита! А мы были заперты изнутри!" [7].

Тайна комнаты умершей Джулии Стоунер

Шерлок Холмс наводит справки и выясняет, что замужество сестер Джулии и Эллен Стоунер очень невыгодно для их отчима и опекуна Ройлотта: его доходы значительно уменьшатся. Будучи жестоким и безжалостным человеком, отчим решается на убийство сестер.

Осмотрев поместье Ройлотта, "Шерлок Холмс приходит к выводу, что ремонт был не нужен", а затеян он был отчимом для того, чтобы заставить Эллен переселиться в комнату убитой Джулии. В этой комнате великий детектив заинтересовался длинным шнуром от неисправного звонка, висящим над кроватью, и самой кроватью, почему-то привинченной к полу. "Шнур привязан к маленькому вентиляционному отверстию, которое выходит не наружу, а в соседнюю комнату, где живёт Ройлотт. В комнате опекуна Холмс находит железный несгораемый шкаф, в котором, по словам Эллен, хранятся деловые бумаги, плеть, завязанную петлёй, и маленькое блюдечко с молоком".

Ночь Холмс намерен провести в комнате Эллен, удалив девушку в безопасное место. "Он собирается предотвратить утончённое и ужасное преступление", которое планирует совершить Ройлотт.

"Среди ночи слышится нежный свист, и Холмс начинает яростно бить тростью по шнуру. Тут же раздаётся ужасный крик". Холмс и Уотсон (Ватсон) бросаются в комнату Ройлотта. "Дверь несгораемого шкафа открыта, на стуле сидит Ройлотт в домашнем халате, на коленях у него лежит плеть, а его голову обвивает пёстрая лента". Отчим мёртв. "Вдруг лента шевелится и показывается головка ядовитой змеи, болотной индийской гадюки. Холмс накидывает на неё плеть и запирает в шкафу...

Обнаружив фальшивый звонок и привинченную кровать, великий сыщик понял, что шнур служит мостом, соединяющим вентилятор с кроватью. А при виде плети и блюдечка с молоком Холмсу пришла мысль о змее. Прожив много лет в Индии, Ройлотт нашёл яд, который нельзя обнаружить, а следователь должен обладать очень острым зрением, чтоб увидеть крошечные следы от зубов гадюки" [8].

"Вот так гости". Что на самом деле искали в комнате подпоручика Георгиева?

"Освещая фонариками дорогу, Котелков с группой лейтенантов бежал по селу. Учитель задохнулся, отстал. Его сменил подофицер Славчев. Переулок был похож на каменную щель. Впереди за домами старобалканской застройки слышался ропот горного ручья. Здесь пахло кожевенными мастерскими, кислым запахом дубления. Подпоручик Георгиев жил в последнем доме, над рекой. Дверь была открыта настежь.

Котелков вошел первым.

– Кто тут живой? – спросил из-за его плеча автоматчик. Прислушались – тишина. Только за окном шумел поток. Прошли еще две комнаты.

– Господин подпоручик, вы спите? – спросил Славчев, заглядывая в горницу. Котелков и автоматчики вошли вслед за ним.

Звездный свет ночи едва проникал сквозь решетку полуоткрытого окна. В горнице пахло странной смесью кожи и пороховой гари. Котелков, широко расставив ноги, вглядывался в полумрак. Подпоручик лежал на тростниковой кушетке. Ужасно длинными казались вытянутые ноги в тяжелых болгарских сапогах. Лицо глядело в потолок. Что-то темное, как будто курчавое, напоминающее каракулевую шкурку, облегало его шею и плечи.

– Порядочек, – сказал Котелков.

Он подошел вплотную. Теперь он видел, что это за каракуль: широкая резаная рана в загустевшей кровавой корке. От шагов Котелкова узкая плетеная кушетка поскрипывала под трупом.

– Понятно.

Горница опустела. В доме слышались шаги солдат, их голоса, Славчев звал хозяйку:

– Костадинка! Где ты, Костадинка?

Котелков посветил фонариком. Вдоль стены валялись разбросанные баулы дипломатического архива. Судя по беспорядку, кто-то второпях рылся в них.

На коврике под правой рукой Георгиева – револьвер. Майор поднял, понюхал – подпоручик стрелял. Кровавые следы шли к двери. Котелков внимательно оглядывал горницу. Домотканое одеяло лежало брошенное на пол в ногах подпоручика. На гвозде висела фуражка с бело-зеленой кокардой. На столе – стакан с недопитым чаем, облатки, наверно хина, косточки сливы на блюдце. На отсыревших стенах – церковная картина с видом Иерусалима и тусклый портрет усатого и завитого мужчины времен оттоманского владычества.

Что же случилось здесь полчаса назад? Болгарский солдат шепотом позвал майора.

– Кто был в доме? – спросил Котелков.

– Старуха. Больше никого. Она спятила, что-то бормочет.

Вслед за солдатом майор сошел по крутой лестнице в кухню. Горный поток шумел под открытым окном, возле которого на низенькой скамеечке сидела старуха в черной шали. Она не замечала толпившихся в кухне солдат.

– Вот так гости, – оцепенело твердила она. – Вот так гости…

– Что говорит? – спросил у болгар Котелков.

– Бессмыслица, – ответил Славчев. – Не разберу, при чем тут…

– Вот так гости, – внятно твердила старуха, гортанно и резко звучал ее голос. В свете фонарика Котелков увидел, как подагрической рукой она поправила седую прядь.

– Послушай, мама, – тронул ее за плечо Котелков. – Ты не бойся, рассказывай. Мы – русские.

Старуха обратила на него застывший взгляд:

– Вот так гости. Они искали подковы. Я слышала: «Пять подков! Бързо, бързо… быстро!» Потом стали двигать стульями, как будто подметали пол. Потом – выстрел… Они пробежали по лестнице. Один, за ним другой… Вот так гости.

– Ты их узнала, мама? – допытывался Котелков. – Это были болгары или…

Но, видимо, ужас мешал ей ответить членораздельно.

– Вот так гости, – бормотала старуха"[9].

"Посмотри на меня. Мне холодно. Впусти". Что искали непрошеные гости в "конуренке" Эраста Петровича Фандорина?

"Темно и жутко в убогой комнатке, что выходит единственным окном в голый, без единой травинки каменный двор. Там ненастно, там ветер и дождь, но по черно-серому, в рваных тучах небу рыщет луна. Желтый луч через щель в шторах рубит конуренку надвое, рассекает до самой кровати, где мечется в холодном поту одолеваемый кошмаром Фандорин. Он полностью одет, обут и вооружен, только револьвер по-прежнему под подушкой.

Отягощенная убийством совесть посылает бедному Эрасту Петровичу страшное видение. Над кроватью склонилась мертвая Амалия. Глаза ее полузакрыты, из-под век стекает капелька крови, в голой руке черная роза.

— Что я тебе сделала? — жалобно стонет убитая. — я была молода и красива, я была несчастна и одинока. Меня запутали в сети, меня обманули и совратили. Единственный человек, которого я любила, меня предал. Ты совершил страшный грех, Эраст, ты убил красоту, а ведь красота — это чудо господне. Ты растоптал чудо господне. И зачем, за что?

Кровавая капля срывается с ее щеки прямо на лоб измученному Фандорину, он вздрагивает от холода и открывает глаза. Видит, что никакой Амалии, слава Богу, нет. Сон, всего лишь сон. Но на лоб снова капает что-то ледяное.

Что это, в ужасе содрогнулся Эраст Петрович, окончательно просыпаясь, и услышал вой ветра, шум дождя, утробный рокот грома. Что за капли? Ничего сверхъестественного. Протекает потолок. Успокойся, глупое сердце, затихни.

Однако тут из-за двери тихо, но отчетливо донесся шелест:

— Зачем? За что?

И еще раз:

— Зачем? За что?

Это нечистая совесть, сказал себе Фандорин. Из-за нечистой совести у меня галлюцинации. Но здравая, рациональная мысль не избавила от гнусного, липкого страха, который так и лез через поры по всему телу.

Вроде бы тихо. Зарница высветила голые, серые стены и снова стало темно. А минуту спустя раздался негромкий стук в окно. Тук-тук. И снова: тук-тук-тук.

Спокойно! Это ветер. Дерево. Сучья в стекло. Обычное дело. Тук-тук. Тук-тук-тук.

Дерево? Какое дерево? Фандорин рывком сел. Нет там, за окном, никакого дерева! Там пустой двор. Господи, что это? Желтая щель меж занавесок погасла, посерела — видно, луна ушла за тучи, а в следующий миг там колыхнулось что-то темное, жуткое, неведомое.

Что угодно, только не лежать так, чувствуя, как шевелятся корни волос. Только не сойти с ума. Эраст Петрович встал и на непослушных ногах двинулся к окну, не отводя глаз от страшного темного пятна. В то мгновение, когда он отдернул шторы, небо озарила вспышка молнии, и Фандорин увидел за стеклом, прямо перед собой, мертвенно-белое лицо с черными ямами глаз. Мерцающая нездешним светом рука с растопыренными лучеобразыми пальцами медленно провела по стеклу, и Эраст Петрович повел себя глупо, по-детски: судорожно всхлипнул, отшатнулся и, бросившись назад, к кровати, рухнул на нее ничком, закрыл голову ладонями.

Проснуться! Скорей проснуться! Отче наш, Иже еси на небесех, да святится имя Твое, да приидет Царствие Твое... Постукивание в стекло прекратилось. Он оторвал лицо от подушки, осторожно покосился в сторону окна, но ничего ужасного не увидел — ночь, дождь, частые вспышки зарниц. Примерещилось. Определенно примерещилось... раздался звук, от которого громко заклацали зубы. Кто-то скребся в дверь.

— Впусти меня, — прошептал голос. — Посмотри на меня. Мне холодно. Впусти...

Ну уж это слишком, из последних остатков гордости возмутился Фандорин. Сейчас открою дверь и проснусь. Или... Или увижу, что это не сон. Он в два прыжка достиг двери, отдернул засов и рванул створку на себя. На этом его отчаянный порыв иссяк.

На пороге стояла Амалия. Она была в белом кружевном пеньюаре, как тогда, только волосы спутались от дождя, а на груди расплылось кровавое пятно. Страшнее всего было ее сияющее нездешним светом лицо с остановившимися, потухшими глазами. Белая, вспыхивающая искорками рука протянулась к лицу Эраста Петровича и коснулась его щеки — совсем как давеча, но только исходил от пальцев такой ледяной холод, что несчастный, сходящий с ума Фандорин попятился назад.

— Где портфель? — свистящим шепотом спросил призрак. — Где мой портфель? Я за него душу продала.

— Не отдам! — сорвалось с пересохших губ Эраста Петровича. Он допятился до кресла, в недрах которого таился похищенный портфель, плюхнулся на сиденье и для верности еще обхватил его руками.

Привидение подошло к столу. Чиркнув спичкой, зажгло свечу и вдруг звонко крикнуло:

— Your turn now! He’s all yours! ("Теперь ваш черед! Отдаю его вам!". Прим. авт.).

В комнату ворвались двое — высоченный, головой до притолоки Морбид и еще один маленький, юркий. Вконец запутавшийся Фандорин даже не шелохнулся, когда дворецкий приставил к его горлу нож, а второй ловко обшарил бока и нашел за голенищем дерринджер.

— Ищи револьвер, — приказал Морбид по-английски, и юркий не подкачал — моментально обнаружил спрятанный под подушкой «кольт».

Все это время Амалия стояла у окна, вытирая платком лицо и руки.

— Ну, всё? — нетерпеливо спросила она. — Какая гадость этот фосфор. И, главное, весь маскарад был ни к чему. У него даже не хватило мозгов спрятать портфель как следует. Джон, поищите в кресле.

На Фандорина она не смотрела, словно он внезапно превратился в неодушевленный предмет. Морбид легко выдернул Эраста Петровича из кресла, все так же прижимая к его горлу клинок, а юркий сунул руку в сиденье и извлек оттуда синий портфель.

— Дайте-ка. — Бежецкая подошла к столу, проверила содержимое. — Все на месте. Не успел переправить. Слава богу. Франц, принесите плащ, я вся продрогла.

— Так это был спектакль? — нетвердым голосом произнес храбрящийся Фандорин. — Браво. Вы великая актриса. Рад, что моя пуля пролетела мимо. Как же, такой талант пропал бы...

— Не забудьте кляп, — сказала Амалия дворецкому и, накинув на плечи принесенный Францем плащ, вышла из комнаты" [10].

Ссылки и примечания

1. См. Стивенсон Р.Л. Остров сокровищ. URL: http://lib.ru/STIVENSON/island.txt

2. См. Дерсу Узала [Электронный ресурс]. URL: https://ru.wikipedia.org/wiki/Дерсу_Узала; Дерсу Узала [Электронный ресурс]. URL:http://volnomuvolya.com/dersu_uzala.html; Арсеньев В.К. В дебрях Уссурийского края. URL: https://www.litmir.me/br/?b=1927

3. См. Гоголь Н.В. Мертвые души. Поэма. URL: https://ilibrary.ru/text/78/p.1/index.html

4. См. Рыбаков А.Н. Кортик. Повесть.
URL: https://www.litres.ru/anatoliy-rybakov/kortik/chitat-onlayn/

В одноименном фильме (1954 г.) дается другая версия содержания тайника (драгоценности, ценная утварь и т.д.).

5. См. Долгушин Ю.А. ГЧ. URL: https://www.litmir.me/br/?b=247503&p=1

6. См. Ильф И.А., Петров Е.П. Золотой теленок. URL: http://www.koreiko.ru/gold-calf_table-of-contents.htm

По подсчетам А. Алексеева по курсу на 11 декабря 2016 года это составило бы 1,85 млрд рублей, или $26,7 млн (См. Бухгалтерия великого комбинатора «Двенадцать стульев» и «Золотой теленок» по современному курсу. URL: https://www.kommersant.ru/doc/2887836).

7. См. Хаггард Г.Р. Копи царя Соломона.
URL: https://www.you-books.com/book/G-R-Haggard/
Kopi-czarya-Solomona-Prekrasnaya-Margaret

8. См. Дойль К. Пестрая лента.
URL: http://az.lib.ru/d/dojlx_a_k/text_1892_the_spotted_band-1896.shtml
Пестрая лента. Краткое содержание рассказа. URL: https://briefly.ru/dojl/pestraia_lenta/

9. См. Атаров Н. Смерть под псевдонимом. URL: https://www.6lib.ru/books/read/smert_-pod-psevdonimom-185041?page=1

10. Акунин Борис. Азазель. URL: http://www.akunin.ru/knigi/fandorin/erast/azazel/glava11/

©Кузеванов Леонид Иванович, кандидат исторических наук, доцент; составление, комментарий, заголовок, рубрикация текста, 2019-2021

Библиографическое описание материала

Что хранили в своих сундуках, шкатулках, мешках и тайниках люди с необычной судьбой? /Сост. Л.И. Кузеванов //Некоммерческий научный сайт "Балашовский следопыт". 2019-2021. URL: http://bs-t.3dn.ru/news/2019-11-10-500

Фотографии и рисунки размещены в интернете в свободном доступе (1-е изображение - путешественник и исследователь Уссурийского края Владимир Клавдиевич Арсеньев (1872-1930); 2-е изображение - сундук Билли Бонса. Иллюст. Г. Брока; 3-е изображение - В.К. Арсеньев и Дерсу Узала, снимок 1906 год; 4-е изображение - Чичиков со шкатулкой в бричке. Иллюст. С. Алимова; 5-е изображение - часы-тайник семьи Терентьевых. Иллюст. О.Г. Верейского; 6-е изображение - встреча Н. Тунгусова с немецким другом-антифашистом, радиотехником Гансом Риккертом, выходившим в эфир под таинственными позывными LMRWWAT. Иллюст. С.А. Куприянова; 7-е изображение - иллюстрация Кукрыниксы. URL: https://www.pinterest.ru/pin/378795018648374029/; 8-е изображение - Гагула показывает сокровища. Рис. И.С. Кускова; 9-е изображение - в комнате умершей Эллен. Рис. Н.И. Цейтлина); 10-е изображение - комната подпоручика Георгиева. Рис. В. Трубковича; 11-е изображение - Амалия Казимировна Бежецкая. Иллюст. И.А. Сакуров. Выделения курсивом сделаны автором-составителем.

См. художественный фильм "Остров сокровищ" (1971).

См. художественный фильм "Мертвые души" (1984).

См. художественный фильм "Кортик" (1954).

См. художественный фильм "Золотой теленок" (1968).

См. художественный фильм "Азазель" (2002, 3 серия).

Вся информация, размещенная на данном сайте, предназначена только для чтения (просмотра) с экрана монитора и не подлежит дальнейшему воспроизведению и/или распространению в какой-либо форме, иначе как со специального письменного разрешения ННС "Балашовский следопыт"и автора-составителя.

Категория: Комментарии |